В анормальной тишине коридора скрывается решетка, за которой дверь из чистого полипластерола ведёт прямо в зал с гильотиной. Здесь уже ждут судья, приставы и осуждённый — готов к исполнению приговора. Блестящая удавка выглядит настолько реалистично, что кажется, будто можно увидеть её движение в предвкушении страха....
Где-то, я не понял, чего-то горело, там люди ещё могли быть, но они были обречены и Мартер не мог к ним пробиться. Здесь его обвиняли, что он космоспасатель и, если говорит правду, то должен был пробиваться к ним, а не разваливать станцию. В общем, все, что он говорил, всё повернули против него.
— Ясно. Развалил он станцию и дальше что?
— Ничего. Подал «SOS» и его подобрали.
— «Фагрус»?
— Он самый. Он как раз подходил к станции.
— Ясно, — повторил «Кабан» и откинулся на спинку кресла.
Он положил руки на подлокотники и прикрыл глаза.
— Дальше, — после паузы сказал он, — ты же не хочешь мне сказать, что только из-за этого ты рискнул подделать документы?
— Конечно, нет! — Живо согласился Эдвард и заметно повеселел, — мне стало интересно. Я попытался проверить. У меня друг есть… Ну, как? Приятель.
Вот это уже было серьёзно. Куда серьёзнее, чем история с поиском не той девушки. В суд с ней тоже не пойдёшь, но с этого момента, «Кабан» понял, что парень в общем-то не столь труслив, как кажется на первый взгляд.
Он встал."
"— Подожди минуту. Я сейчас.
Не дожидаясь согласия, вышел на кухню. Чехард остался один. Через несколько минут «Кабан» вернулся с кофейником и чашечками в руках. Поставив всё на стол, постоял, подумал и снова ушёл на кухню.
— Угощайся, — он поставил блюдо на стол и взялся наливать кофе, — ты говорил, у тебя был свидетель.
— Да, — подтвердил Эдвард, — лейтенант Сапфиров с «Авакса». Он был на вахте в тот день и принял «SOS» с космостанции.
«Кабан» поставил кофейник и сел на своё место.
— Это нормально, — сказал он, — при разрушении, космостанция должна была подать сигнал бедствия.
