В анормальной тишине коридора скрывается решетка, за которой дверь из чистого полипластерола ведёт прямо в зал с гильотиной. Здесь уже ждут судья, приставы и осуждённый — готов к исполнению приговора. Блестящая удавка выглядит настолько реалистично, что кажется, будто можно увидеть её движение в предвкушении страха....
Как это получилось?
Эдвард с трудом проглотил непрожёванный бутерброд и уставился на «Кабана»:
— Вы мне не верите?
— От чего же? — Переспросил «Кабан», — очень может быть, что ты сказал правду. Перепроверим, кое-что… Так, на всякий случай, но здесь есть что-то ещё. Если ты встречался с Сапфировым и его, потом убрали, значит, он был под наблюдением и вас должны были засечь. Вопрос, почему, они «убрали» его, но не тронули тебя? Почему, не установили за тобой наблюдения? — А, если установили, то, каким образом они не заметили, что ты попытался сбежать? Ты, извиняюсь, «чайник» и вряд ли сумел бы оторваться от них, если бы даже заметил «хвост».
— Не заметил я ничего, — клятвенно заверил Эдвард.
— А смотрел?
— Нет.
— Вот то-то и оно. Смотреть надо! — Он взял свой кофе, — чего сидишь? Ешь, пей. До вечера ничего другого не будет. Голодный будешь ходить. Кстати, фамилия у тебя невзрачная. Что это: Чехард? Не думал поменять?
Эдвард поперхнулся:
— Шутите?
— Какие уж тут шутки? Ты, кажется, на Авалон лететь хотел?
— Нет.
— Не важно. Ты летишь на Авалон.
— Но на «Криогелисе» меня будут ждать! Не дураки же они!
— Верно, — «Кабан» усмехнулся, — но уважаемый Эдвард Ли, это не твои проблемы. Теперь тобой занимаюсь я.
Он полез в карман и достал загодя заготовленный паспорт.
— Держи. Теперь ты у нас Эдвард Ли. Торговый представитель Авалонской фирмы «Ирис». Не беспокойся, ты оформлен там ещё пол года назад.
— Но как я вылечу с Морловии?"
"— На военном корабле, — «Кабан» посмотрел на часы, — сейчас тебе дадут бумагу и ты напишешь всё, что мне сказал. А потом, надиктуешь это на магнитофон.
Эдвард отрицательно тряхнул головой и посмотрел в свой новый паспорт.
— Вот и хорошо, — «Кабан» поднялся, — и не торопись: времени у тебя до вечера.
Не прощаясь, он вышел. У него было ещё одно мероприятие и нужно было успеть.
Через минуту, в комнату вошёл молчаливый молодец. Он положил на стол несколько листов бумаги и гелиевую авторучку. Эдвард взял её, зачем-то потрогал кончик и начал писать.
