В анормальной тишине коридора скрывается решетка, за которой дверь из чистого полипластерола ведёт прямо в зал с гильотиной. Здесь уже ждут судья, приставы и осуждённый — готов к исполнению приговора. Блестящая удавка выглядит настолько реалистично, что кажется, будто можно увидеть её движение в предвкушении страха....
Она вскочила в машину и никому, ничего не говоря, стрелой вылетела из Мыс-Таура.
Тэд встретил её у ворот и повёл к Спайку. Мирла озиралась по сторонам и приставала к Тэду с вопросами:
— А что произошло?
— Они ворота таранили, — отвечал Тэд.
— Кто?
— Рабы. Взбунтовались и ворота таранили. Хорошо БМПешки помогли, а то бы с десяток наших положили. Грузовик здоровенный был. Водителя убьёшь, а его как остановишь? Так и въехал бы в толпу.
— А зачем? Чего им надо было?
Тэд остановился у самого входа в административный корпус.
— Кто ж их знает? — Сказал он. — Дикие люди. Рабы, одно слово. Таких только пусти на свободу… Зря Спайк это затеял.
— Но ты! — Мирла строго посмотрела на него, — не тебе судить! Умник! Я тоже видела рабов. Нормальные люди. Где Спайк?
— Там, — он показал по коридору, — вторая дверь.
И Мирла пошла к Спайку.
Он услышал её шаги и даже голову не повернул.
— Это ты? — Спросил он. — Чего пришла?
Мирла не видела его лицо, но всем своим существом ощутила, как плохо ему сейчас. Она ничего не сказала в ответ.
"— Зарос ты не по делам, — сказала она, потому что надо было что-то сказать. Старалась при этом, чтобы её голос был ласковым и добрым, полным сочувствия и дружеского участия.
Спайк шевельнулся, но голову не поднял. Остался сидеть, уткнувшись лбом в её грудь.
— Года не прошло, — вдруг сказал он и снова замолчал.
— Что? — Осторожно спросила Мирла.
Он ответил не сразу.
— Никогда, — сказал он, — никогда больше не делай этого. Ты женщина, а я мужчина. Или ты думаешь, что я…
Спайк не договорил. Замолчав, уставился в одну точку, думая о чём-то своём.
— Прости, — Мирла коснулась его пальцем, — я хотела помочь.
Спайк повернулся, долго смотрел на неё и снова повторил:
— И года не прошло, с тех пор, когда я в Академии строил планы, как буду жить. Подглядывал за Лизкой, а она делала вид, что ничего не замечает.
— Что? — Мирла округлила глаза, — ты подглядывал за девушкой? В туалете?
Спайк нервно рассмеялся.
— В туалете! Скажешь тоже! Наши раздевалки были рядом и я в стенке дырочку нашёл. Когда готовились к «контрольной линии» я подглядывал, как она переодевается. Плохо видно было, но всё равно, интересно. Мне тогда казалось, что я крутой, смотрю за ней, а она даже не догадывается. А потом, она в эту дырку просунула мне письмо: «Не для тебя ковыряла».
