В анормальной тишине коридора скрывается решетка, за которой дверь из чистого полипластерола ведёт прямо в зал с гильотиной. Здесь уже ждут судья, приставы и осуждённый — готов к исполнению приговора. Блестящая удавка выглядит настолько реалистично, что кажется, будто можно увидеть её движение в предвкушении страха....
— По сто долларов? — Испугался управляющий, — я обещал по сто долларов за двенадцатичасовой день, а вы хотите за шесть часов? Это невозможно, Спайк. Это совершенно невозможно! Это сорок тысяч долларов в неделю! Как я буду отсчитываться?
— Погодите, — Спайк замахал перед ним руками, стараясь остановить его панику, — не спешите. У вас было около двух сот рабов. Так?"
"— Да, — согласился Бил Твинклес, — но их не хватало. Мне обещали прислать ещё сто человек. Последнее время заказы возросли и мы не справлялись.
— Погодите! Сколько у вас было человек надзирателей и охраны для рабов?
— Девяносто пять… Около ста.
— Сколько вы им платили?
— Сто долларов.
— Эти люди охраняли только рабов, а сам рудник охранялся другими бойцами?
— Конечно. Периметр охраняли бойцы Кривого. Я этого никогда не касался.
— Бил, — Спайк укоризненно покачал головой, — прекратите панику. Вам же не надо охранять рабов. Этих людей вы можете уволить.
Управляющий растерянно посмотрел на него и пошёл в другой конец кабинета. Там он открыл шкафчик, достал бутылку водки и два стаканчика.
— Выпейте со мной, — сказал он, наливая водку в стаканчики.
— Сейчас не время.
— Как хотите, — Бил Твинклес запрокинул голову и одним махом проглотил водку. После этого закрыл бутылку и отнёс её обратно в шкафчик. А стаканчик, который он наполнил для Спайка, так и остался стоять на столе.
Спайк не понял его:
— Зачем?
— Вы предлагаете мне уволить надзирателей. Вы думаете, это так просто? Это же сотня головорезов. Сотня озверелых людей. Я рабов так не боюсь, как этих надзирателей. Мирла тут возмущалась, что они над рабами издеваются. А знаете ли вы, что если бы я попытался их остановить, они закопали бы меня в этой шахте? — Управляющий ударил ногой по полу. — И потом, если я их уволю, у нас всё равно не хватит денег на оплату третьей смены.
