В заброшенном дворе Беренштрассы скрываются неизвестные тайны. Двое суток под пристальным наблюдением жилплощадь на Бранденбургских воротах оказалась открытием для полиции, и каждый постучавшийся в дверь стал предметом внимания.
И все же Градов надеялся, что это не так. Зачем кого-то подсаживать в зал? Ведь британцы не знали, что именно сегодня в «Гусе» нарисуется Арбатов.
Дженни для приличия постояла у стойки, медленными глоточками выпила виски, рассчиталась с барменом и направилась к выходу. Ее равнодушный взгляд снова скользил по лицам посетителей заведения.
Градов повторил трюк с пивной кружкой, опустил глаза.
Дженни вышла на улицу.
– Командир, это она? – зашипел ему на ухо Нагорный. – Та баба, которая завербовала Арбатова? И что? Просто так дадим ей уйти? Черт, ее ведь не задержишь.
Бессмысленность этого мероприятия просто убивала Влада. Привели они сюда Арбатова, полюбовались на одного из его кураторов, поделились сведениями о выводе частей из Берлина. А что дальше? Он понятия об этом не имел.
– Слушай сюда, Юрий Иванович, – пробормотал Градов. – Арбатова увести, хватит с него, погулял уже последний раз в жизни. Сдать парням, которые на улице, пусть конвоируют на базу. Следить, чтобы не сбежал.
– А сам куда, командир? – осведомился Нагорный.
– Прослежу за этой барышней. Меня не искать. Долго не появлюсь, никакой паники. К союзникам не перебегу, пусть полковник Троицкий не волнуется. – Он залпом выпил пиво, поднялся, одернул китель.
Сотрудники с любопытством на него смотрели. Олежка Романовский протрезвел и растерянно сглатывал.
В программу вечера входило исполнение русских танцев. Патефон взорвался жгучим пассажем баяна. Вступили гармошки. На пустующий пятачок перед стойкой выбежали две женщины в кружевных сорочках, отдаленно смахивающих на русские косоворотки, закружились в какой-то диковатой пляске. Русскоязычная часть посетителей заведения восторженно взвыла, многие захлопали в ладоши. Праздник жизни продолжался.
А майор Градов заспешил к выходу.
Глава шестая"
"Он закурил на крыльце и, пока горела спичка, стрелял глазами. В этой части Тиргартена, где уцелело много зданий, местами горели фонари. По улице в лунном свете бродили люди, некоторые в советской форме. До комендантского часа оставалось время. Порядка в Берлине не было, военные люди свободно перетекали из сектора в сектор. Их удостоверения патрульных вполне устраивали.
Неподалеку прохлаждался патруль британской армии.
