В заброшенном дворе Беренштрассы скрываются неизвестные тайны. Двое суток под пристальным наблюдением жилплощадь на Бранденбургских воротах оказалась открытием для полиции, и каждый постучавшийся в дверь стал предметом внимания.
Ты же не хочешь, чтобы тебя нашли мертвой в мусорном баке?
– Святой Иисусе, что вы такое говорите?"
"– Ну, ты и наговорил, майор, – справившись с бледностью, проговорил полковник Троицкий. – Давай сделаем сухой вывод из всего этого. Где-то в Потсдамском лесу, возможно, на территории бывшего концлагеря, британцы содержат немецких военнопленных. Их там предположительно несколько сот. Рядовой состав проживает отдельно от офицеров. Но это не простые заключенные. Режим максимально ослаблен. Солдаты занимаются физической подготовкой, сохраняют форму.
– Это только один лагерь, – добавил Градов. – Мы ничего не знаем про другие.
– Да уж, умеешь ты поднять настроение.
– В сорок первом тоже никто не верил, что на нас нападет Германия, – сказал Градов. – Она считалась нашим другом. Точно так же, как нынче Америка, Британия и иже с ними.
– Какую ты чушь несешь! – Полковник схватился за голову, провалился в задумчивость, потом поднял глаза на майора, застывшего посреди кабинета.
– Не хочу, товарищ полковник. Но если вы приказываете…
– Да делай что хочешь, – заявил Троицкий. – Не знаю, связано ли это с нашими событиями, но источник в штабе бригадного генерала Джеффри Томпсона сообщает, что в ближайшее время в британский сектор Берлина прибывают серьезные подкрепления. Это две моторизованные бригады, два автомобильных полка, артиллерийский полк и бригада канадских мотострелков. При этом те части, которые находились здесь ранее, англичане выводить не собираются.
– Вот это самое интересное, товарищ полковник. Сколько войск сюда ни доставляй, Красная армия все равно всех сильней. Они окончательно выжили из ума, хотят сохранить и перевооружить часть немецкой армии, чтобы она оказала им содействие.
– Только в плане бреда, майор, – сказал полковник, соскочил со стула и начал мерить шагами кабинет.
