В заброшенном дворе Беренштрассы скрываются неизвестные тайны. Двое суток под пристальным наблюдением жилплощадь на Бранденбургских воротах оказалась открытием для полиции, и каждый постучавшийся в дверь стал предметом внимания.
– И что я, по-твоему, должен доложить вышестоящему начальству?
– Докладывайте как есть, товарищ полковник.
– А как оно есть? – Троицкий встал, устремил на подчиненного жгучий взгляд. – Мы сами ни черта не понимаем. Думаешь, они разберутся? Ладно, не будем пороть горячку. Время мы имеем. Твои предложения?
– Берем Шарлотту и едем к этому славному местечку, о котором она рассказала. Сами дорогу не найдем, а она знает хотя бы приблизительно. На рожон не полезем, но со стороны понаблюдаем.
– Это правильно, надо оценить масштаб.
Глава восьмая
Дженни открыла, ничего не спрашивая, словно знала, кто находится за дверью. Девять часов вечера, сумерки. Градов знал, что она одна дома. Он следил из скверика, видел, как Дженни пришла со службы, дал ей двадцать минут на то, чтобы она привела себя в порядок, поднялся, постучал.
– Вот так сюрприз! – Девушка заулыбалась.
Она куталась в халат, волосы были мокрые, взъерошенные.
Градов внимательно наблюдал за ее лицом. Сначала на нем было написано что-то вроде испуга, растерянности, потом появилась эта улыбка. Чувств целый вагон, но она действительно была рада его видеть!
Дженни машинально заговорила по-английски, потом спохватилась, перешла на русский:
– Владислав, вам удалось меня удивить, я приятно поражена. Как вам удалось сюда вырваться?
– Дали увольнительную до утра, – ответил он и стыдливо улыбнулся, наблюдая за ее реакцией.
