В старом здании под окнами воришка наблюдает за необычными жителями дворового этажа — хозяин и его собака, которых она словно читает на коже бедер, сравнивая с шрифтом Брайля. Поверхность их тел покрылась корочками ран, готовыми стать рубцами.
Энди, может, и главный, но он не видел, как тело наносит порезы. Она расхаживает по квартире полуодетая, с голыми ногами, и следит за каждым новым порезом, чтобы убедиться, что они заживают нормально. Перед его возвращением она натягивает джинсы, и он ничего не говорит ей, если ночью, в постели, чувствует под рукой эти линии порезов.
В тишине квартиры, пока она собирает пазл, ей достаточно глухих щелчков, с которыми картонные кусочки встают на место. Их края обтрепались. Перед приходом Энди она разбивает пазл и убирает его обратно в коробку.
— Когда ты родился, мне было столько же лет, как тебе сейчас, — говорит ему отец.
Энди стоит на кухонном столе и снимает абажур, а отец на четвереньках ищет один из упавших винтиков. Последний винт никак не хочет откручиваться. Сколько бы Энди ни стучал по нему, стараясь высвободить абажур, винт держится крепко.
— Вообще-то мы не задумывались о детях. Твоя мать намного моложе меня… и времени в запасе хватало. Так что на самом деле ты оказался сюрпризом.
Его ладони широкими полосами скользят по линолеуму, будто он кормит цыплят. Энди удовлетворенно хмыкает и смотрит, как отец дюйм за дюймом прощупывает пол кухни, словно слепой, который ищет смысл своего рассказа. Снова обратив взгляд к потолку, Энди резко толкает абажур пяткой ладони.
— Ну и как сюрприз, понравился, надеюсь?
Он опускает руки, и кровь снова приливает к пальцам. Ждет, пока отец поднимется на ноги, и только тогда протягивает ему абажур.
— Конечно. — Отец держит абажур обеими руками, как подношение. — Знаешь, я всегда хотел ребенка, с самого детства. Наверное, потому что у меня не было ни братьев, ни сестер. У тебя такое же чувство, Андреас?
— Нет.
Он протягивает руку, чтобы вывернуть лампочку. Ему всегда хотелось, чтобы у него была сестра, миниатюрная копия его матери. Когда другие мальчишки бежали после школы домой, оставляя своих сестер в праздных стайках позади, он представлял, как они с сестрой шли бы рядышком и разговаривали обо всем. Она стала бы его тенью, и у них была бы полноценная семья.
— Полагаю, когда ты встретишь подходящую женщину, у тебя появится желание завести детей.
