Мелисса тихо всхлипывает, вглядываясь в темноту своей комнаты. Мама нежно обнимает её за плечи, и запах свежей выпечки и лавандового мыла успокаивает. Вместе они пытаются справиться с тревогой перед важным событием, которое всё ещё не приходит к ним.
Решив, что первым делом попытаюсь разыскать Мелани, невзирая на отсутствие ответов с её стороны, я настроился на долгие поиски. По мере удаления от приюта мои шаги становились всё более уверенными. Я не имел ни малейшего представления, с чего начать поиски, ведь все данные о новой семье Мелани были конфиденциальными, и приют не имел права их раскрывать.
Но я не собирался сдаваться. Чувства, которые я испытывал к Мелани, внушали мне уверенность, что рано или поздно мы непременно свидимся вновь. Первым логичным шагом было обратиться в социальные службы.
После нескольких безуспешных походов в различные учреждения, где суровые законы о конфиденциальности серьёзно ограничивали доступ к сведениям, я решил запастись терпением и выжидать, вдруг мне посчастливится случайно увидеть её где-нибудь на городских улицах.
Годы шли, но мои поиски так и не приносили ощутимых результатов.
Мысли о Мелани никогда не покидали меня надолго. Каждый день я пытался обнаружить хоть малейший её след, и наконец, в один из летних дней, мне это удалось. Правда, не в реальности, а по телевизору.
"Она стояла рядом с элегантной дамой. Я поспешно подхватил пульт и прибавил звук.
— Элла, расскажите, как вам удалось добиться столь впечатляющих успехов в ювелирном бизнесе? Насколько мне известно, даже не всем мужчинам удается взобраться на такие вершины, — спрашивал репортер.
— Это плод многолетнего упорного труда. Чтобы выстроить собственный бизнес с нуля, мне пришлось преодолевать множество преград. Однако я считаю, что залог успеха кроется в настойчивости, любви к своему делу и поддержке, которую я получаю от своей семьи, — ответила Элла, нежно сжимая ладонь молодой девушки рядом с собой.
— Мелани, скажите, как отнеслись родные дети к тому, что в их семье появилась приемная дочь?
Я оцепенел перед экраном. Это была она — моя Мелани. Все та же девочка с ангельским личиком, что когда-то резвилась во дворе нашего приюта. Три долгих года поисков — и вот, наконец, я ее увидел. Я более не воспринимал ничего из того, что говорилось в телеэфире.
