Влад глубоко дышит, прислонившись к холодной стене узкой подворотни. Мать его вдова бешеной яростью смотрит на него — и он знает, что она сделает все возможное, чтобы дочь ее была рядом. Этот пространственный постапокалиптический мир не нуждается в выборе — лишь жить или умереть....
Не добавляло ему плюсов и её личное восприятие мужчины. Не считая Сергея… Маша мысленно поперхнулась, вспомнив предателя. Про него она точно сейчас думать не будет! Только его не хватало. Да даже и Сергей! И что? Откровенность с собой была принципиальная черта Маши. Сергей по сравнению с Владом — никчемная тень мужчины. Не в плане того, что кто может и какими возможностями обладает, а в плане реакции Маши на них.
Маша снова посмотрела на Влада. Неправильно она на него реагировала. Бежать ей от него надо. Со всех ног.
Он в ней пробуждал то, чего она порой стеснялась, насмотревшись на пьяные слезы матери.
«Сломанная я, Машуль, понимаешь? Сломанная. Мне секса надо. И много. Нимфоманка я чертова…»
Откровение между ними тоже было. Маша бы без секундного колебания назвала маму лучшей подругой. Они много беседовали, о сексе тоже.
Единственное табу — прошлое Веры. И результат его — Маша. Родить в пятнадцать лет, оставить ребенка, не отказаться от него — дорогого стоит. Маша и представить не могла, с чем сталкивалась Вера.
И тут Машу полоснула новая мысль.
Получается, её отцом был кто-то из насильников.
Нет-нет-нет…
Не думать!
Нет у неё отца!
И не было никогда.
Есть только мама. Больная. Несчастная. Боец, что никогда не сдавалась, находя отдушину в череде мужчин и алкоголе. При этом Вера не скатывалась в алкогольную зависимость, умела вовремя остановиться. Потому что у неё была Маша.
— Значит, я ошибся.
Негромкий голос Влада вытащил её из мыслей, вернул к действительности.
— Да. Влад…ещё раз спасибо, что рассказал.
— Ты тоже откровенна. Я удивлен.
Маша грустно улыбнулась и покачала головой.
— Ты лукавишь. Ни за что не поверю, что ты начал рассказ, не рассчитывая получить от меня откровений в ответ.
— Рассчитывал.
Ещё одна характерная черта Багровского — всегда четко отвечать на поставленный вопрос. Он честен с ней. Это подкупало.
И это тоже плохо.
Маша не хотела видеть в нем никаких положительных черт.
— Особенная.
Как же ей не нравится, когда он её так называет! Да ещё и с легким придыханием.
— Что, Влад?
Ей хотелось домой. Не в квартиру Влада, а туда, где тепло и уютно. Где нет посторонних.
Хотя собственного дома у них с мамой никогда и не было. Всегда жили в съемном жилье.
— Ты говоришь, что устала. Я тоже это вижу. Предлагаю небольшое перемирие. У меня есть загородный комплекс. Поехали со мной туда на пару — тройку дней.
