Огромный камень упав на сердце: одна слеза на лице девушки вызывает непрекращающуюся злость в душе Безопасника. Он задумчиво смотрит, как девушка вытирает платком шоколадную кляксу с лица. В этот момент он понимает, что его судьба – быть вечным исповедником её грехов, готового на всё ради молчаливого проступка....
Увидев её, выходящую к нему навстречу с чуть покрасневшими от недосыпа, встревоженными глазами, у него что-то надорвалось в душе. Даже не так. Дверь к сердцу, что он запер, а ключи выкинул, неожиданно открылась. Скрипнула и сорвала замок. Точно от сильного, все сокрушающего на своего пути ветра, перед которым невозможно устоять. Дверь лишь чуть приоткрылась, но для Егора эти ощущения были столь неожиданны, что он растерялся, пусть и на несколько кратких мгновений. Он, взрослый мужик, не знал, как реагировать на действия девчонки.
Хорошо, не такая уж она и сопливая. Живет самостоятельно, работает. Причем, работает не в клубе, где, благодаря своему таланту танцовщицы и шикарной «четверочки», могла бы за ночь иметь приличные бабки, а деток учит.
От мысли, что Ника полуголой могла бы танцевать приват для других мужиков, у Егора мгновенно вспыхнула неконтролируемая ярость. На хрен всех расшугает, только узнает! Один намёк… Одно телодвижение…
Порвет всех.
Он сам себе напоминал пещерного человека, что схватил женщину и потащил к себе.
"Поднимаясь с Никой на руках, он смотрел на её чуть покрасневшие щеки и припухшие от его поцелуя губы, и внутри него рождался рев – его… Никому. Никогда. Его.
Собственнические инстинкты, которые он давно научился подавлять, и которые ничего, кроме досады и бессилия, в последние годы в нем не пробуждали, обострились до предела. Ему казалось, что если он её сейчас же не отнесет к себе в комнату, то она исчезнет. Видимо, сказывались события последних дней и постоянный недосып.
Дверь к себе в спальню Егор открыл плечом.
Какая же она легкая, его Ника. Пушинка.
А как к нему льнет…
Кровь прильнула к вискам Егора, и, переступив порог спальни, он уже направился к кровати, когда вспомнил об обещании.
Двусмысленный намёк Вероники – ещё не окончательное согласие.
Разжимать руки и ставить девушку на пол безумно не хотелось.
Что она там говорила про царапины?..
Егор, сжав губы и чертыхаясь на уже стоящий член и свою нескончаемую потребность в этой девчонке, поставил Нику на ноги. Хотел отойти, но она снова схватила его за плечи и глухо бросила:
– Футболку сними.
Дважды его заставлять не надо было. Царапины? Черт! Он искренне надеялся, что они у него будут.
