В уютной комнатке бывшего спортклуба жил Эдя Хаврон - человек с пустыми карманами и горящим сердцем. Он словно ветер, шепча скромные мелодии над застекленным подокном, ожидая неведомого приключений на Лысой Горе. Каждый вздох Эдя заглатывал феей Трехдюймовочкой в обновленный суп, но мелочи все меньше. Охотник за необычным был готов к любому исходу - будь то пустые джинсы на Лысой Горе или сладкие ночи от фей Трехдюймовочки....
– И ты тоже вон! – заорал он на висевший на стене ковер.
Ковер шевельнулся. Из-за ковра выскочил страж с арбалетом и кинулся к двери. Улита и Лигул остались вдвоем в огромном кабинете. Горбун постепенно утихал. Теперь он, кажется, сожалел о своей внезапной вспышке. Лишь глаза его ползали по Улите, как вкрадчивые мыши.
– Еще кто-нибудь знает про вуши? – с ласковой вкрадчивостью спросил он ведьму.
Спросил как старый друг, который спрашивает о чем-то другого старого друга. Улита изумилась было, но почти сразу с внезапным прозрением осознала, что если сейчас скажет «нет», то ее тело, распыленное на сто миллионов частей праха, никогда не соберут в самой глубокой расщелине Тартара.
– Куча народу знает. Я осторожная девочка. Один из моих друзей уже пьет чай с Веней Вием. А поблизости стоит циклоп, готовый дать сенсационное интервью.
– Ты лжешь. Веня Вий не пьет чай! – сухо сказал Лигул.
Он колебался. Жизнь Улиты все еще висела на волоске.
– Это неважно. Дело не в мелочах, а в самом факте… – стараясь, чтобы ее голос звучал хладнокровно, заметила Улита.
– Кто еще знает, ведьма? Всякие магические подростки и стражи света с дудками и котами? – презрительно спросил Лигул.
– Разумеется. И ножки у них подлиннее, чем у некоторых! – парировала Улита.
Она была уверена, что горбун вспылит, но тот только ухмыльнулся. Кавлик Быгуп умел держать удар. Будь иначе – он никогда не занял бы свое кресло.
– Чем докажешь, что не врешь? – спросил горбун.
– Тем, что сама знаю! – сказала Улита.
– Мне этого мало. Может, тот циклоп давно сдох и ты продаешь мне просроченные сенсации? – ухмыляясь, заметил Лигул.
– Хорошо. Я докажу!
Улита сунула руку в голенище сапога. Не успела она ничего достать, как поняла, что в нее нацелен короткий скипетр, заканчивающийся высушенной головой. Головой одного из тех древних божков, что выкашивали мором целые страны и были уничтожены златокрылыми.
– Эй ты! Без фокусов! Только попытайся метнуть в меня заговоренный кинжал или отравленную иглу! – прохрипел горбун.
– Я и не собиралась! – возмутилась ведьма.
– Тогда оставь в покое сапог!
– Кажется, кому-то нужны были доказательства? – вежливо поинтересовалась Улита.
Маленькие глазки испытующе пробуравили ее. Лигул колебался.
– Хорошо. Доставай! Только без резких движений! – разрешил горбун.
Улита извлекла из ботфорта скатанный в трубку портрет, уронила его на пол и отошла.
