Полдень пятницы, и Билли Саммерс сидит в гостиничном холле, дожидаясь. В руках у него комикс-дайджест, но мысли о нем скользят мимо обычной тусовки. Билли задумчиво перечитывает абзацы из третьего романа Эмиля Золя "Тереза Ракен", вдохновившего молодого автора на начало культа его произведений. Его волнует, что по книге сразу можно догадаться: писатель еще моложе, чем кажется....
Мистер Клэрк желает видеть твои трусики. Мистер Клэрк хочет, чтобы ты облизнула губы.
— Зачем? — Можно подумать, я не знал. — Отвечай.
Клэрк схватился за подлокотник дивана и подтянулся. Он жадно глотал воздух, и я заметил в его ухе кнопку телесного цвета — слуховой аппарат. Тяжело рухнув на диван, он захрипел.
— Ладно, ладно. Я скажу. Аллен пытался меня шантажировать, и я хотел увидеть, как он умирает.
Конечно, подумал я. Причем ты наверняка просмотрел видео много раз — в обычном режиме и в замедленном.
— Ты Саммерс, я понял.
— Надо было потребовать с него фотографию трупа. Почему ты не потребовал?
Клэрк не ответил, но в этом и не было нужды. Он так привык быть властелином империи, что мысль о неповиновении подданных даже не закралась ему в голову. Сними казнь на видео. Убей палача. Задери юбку и покажи трусики. На сей раз я хочу совсем молоденькую.
— Я должен тебе денег. Ты за ними пришел?
— Ответь мне на еще один вопрос. Расскажи, каково это — заказать родного сына.
Губа снова приподнялась: зубы казались неестественно белыми и безупречными на таком лице.
— Он это заслужил. Никак не хотел угомониться… — Клэрк умолк и уставился мне за спину. — А это кто? Та девчонка, за которую я заплатил?
Элис вошла в гостиную и встала рядом со мной. В левой руке она держала сумочку. В правой — зиг.
— Ты хотел узнать, каково это, да?
— Что? Не понима…
— Каково это — изнасиловать ребенка.
— Ты спятила! Я понятия не имею…
— Думаю, ей было больно. Примерно вот так. — Элис выстрелила. Целилась, должно быть, в яйца, но попала в живот.
Клэрк закричал. Очень громко. Этот крик моментально изгнал гарпию, что овладела разумом Элис и нажала спусковой крючок. Элис выронила сумочку и закрыла ладонью рот.
— Я ранен! — завизжал Клэрк. Он сжимал живот, кровь сочилась сквозь его пальцы и стекала на шелковые пижамные брюки.
Элис повернулась ко мне: глаза выпучены, рот распахнут. Она прошептала что-то, но я не расслышал слов, потому что выстрел из зиг-зауэра был гораздо громче, чем хлопок пистолета Петерсена. Возможно, она сказала: Я не знала.
— Мне нужен врач, мне БО-О-ОЛЬНО!
Кровь уже лилась из него рекой, он выталкивал ее наружу своими криками. Я взял пистолет из безжизненной руки Элис, приставил ствол к его левому виску и нажал спусковой крючок.
