Полдень пятницы, и Билли Саммерс сидит в гостиничном холле, дожидаясь. В руках у него комикс-дайджест, но мысли о нем скользят мимо обычной тусовки. Билли задумчиво перечитывает абзацы из третьего романа Эмиля Золя "Тереза Ракен", вдохновившего молодого автора на начало культа его произведений. Его волнует, что по книге сразу можно догадаться: писатель еще моложе, чем кажется....
Шанис, восьмилетка, без всякой задней мысли берет его за руку и ведет в дом, где от запаха свежеиспеченного печенья у Билли начинает урчать в животе.
В доме чисто и опрятно. Стены гостиной увешаны семейными фотографиями в рамках, еще дюжина стоит на фортепиано, занимающем в комнате почетное место. Корин Акерман как раз достает из духовки противень с печеньем.
— Привет, сосед! Дать вам полотенце — высушить волосы?
— Нет, спасибо. Я умею уворачиваться от капель.
Она смеется.
— Тогда съешьте печенье. Дети любят их с молоком, налить и вам стаканчик? Кофе тоже есть, если хотите.
— С молоком будет отлично. Только немного.
— Пару рюмок? — с улыбкой спрашивает Корин.
— Самое то. — Он улыбается в ответ.
— Тогда садитесь.
Он садится за стол вместе с детьми. Корин ставит перед ними блюдо с печеньем.
— Осторожно, они еще горячие. Следующую партию заверну вам с собой, Дэвид.
Дети жадно хватают печенье с блюда, Билли вежливо берет одно. Оно сладкое и очень вкусное.
— Просто чудо, Корин. Спасибо.
Она дает своим детям по большому стакану молока, а Билли — маленький. Себе она тоже наливает стаканчик и присоединяется к ним. Дождь барабанит по крыше. Мимо дома с шелестом проезжает машина.
— Знаю, про книгу вы ничего не рассказываете, — говорит Дерек. — Но…
— Не говори с набитым ртом, — упрекает его мама. — Вон как крошки во все стороны полетели.
— А я не говорю, — вставляет Шанис.
— Да, ты ведешь себя более лучше. — Она косится на Билли и исправляется: — Ты ведешь себя лучше.
Дерека грамматика не интересует.
— Нет, вы мне скажите: там много кровищи?
Билли вспоминает, как Боб Месс отлетел в коридор. Как его сестра лежала на полу с переломанными ребрами — да, все до единого оказались сломаны — и вдавленной грудной клеткой.
— Нет, кровищи нет.
Он кусает печенье.
Шанис тянется за вторым.
— Можно еще два, не больше, — говорит ей мама. — И тебе тоже, Ди. Остальное будет для мистера Локриджа и на потом. Папа тоже их любит.
— Попрестижнее?
Корин со смехом кивает.
— А я вот совсем не хочу переезжать. Никогда, — заявляет Шанис и с очаровательным детским достоинством добавляет: — У меня тут друзья, между прочим.
— У меня тоже, — говорит Дерек.
