Зимний ветер шумел за окном, и Мазур смотрел на перепутанные рельсы и знаки. Ему мерещилось, что каждый из них несет свою историю — будь то забытые дни или тайны, о которых никто никогда не узнает. Этот маленький городок в Прибалтике стал его новой повседневной загадкой.
Вот теперь никаких недомолвок — конечно же, именно этот объект и был главной целью парня из АНБ, а все остальное, скорее всего, не просто второстепенные задачи, а еще и легенда, чтобы, если попадет на крючок, в нем видели очередного цэрэушника или госдеповца, работавшего исключительно «по политике» с Национальным Фронтом, банального персонажа, каких тут хватает. Он, конечно же, обоих моментально узнал, но ничего тут не подделаешь — им не выдавали никаких масок, так что их собственной вины в том, что засветились, нет ни малейшей…
Еще один короткий обмен жестами — и шестеро морпехов потащили упакованную добычу к лестнице — но предварительно седьмой вскинул фотоаппарат и отщелкал с полдюжины кадров — так, чтобы запечатлеть их возле валявшегося оружия и газосварочного агрегата, на фоне двери.
Морпех проворно и бесцеремонно обшарил Деймонда, кивнул:
— Оружия нет.
— Следовало ожидать… — проворчал Лаврик по-русски и обратился к бывшему работодателю уже по-английски: — Какая встреча, Питер, вот неожиданность! Не подскажете, как тут очутились?
Деймонд, глядя на него с затаенной враждебностью, процедил: — Я американский гражданин и политический советник президента республики. Документы, подтверждающие это, лежат в левом внутреннем кармане куртки, можете достать.
— Уписаться можно, до чего важная птица… — сказал Лаврик и улыбнулся обаятельнейше.
Деймонд преспокойно ответил:
— При чем здесь я? Я и не подозревал, что у них есть оружие.
— Логично, — кивнул Лаврик. — И, в общем, непробиваемо… А насчет этого как? — он кивнул на агрегат и баллоны.
Столь же спокойно янкес ответил:
— Мне, как советнику президента, поручили наблюдать за открытием дверей. Зачем это понадобилось, представления не имею…
— Тоже неплохо, — сказал Лаврик. — Только, любезный мой, на сухом казенном языке все это именуется чуточку иначе: попытка проникновения на секретный военный объект…
— Да что вы говорите! — поднял брови Деймонд в явно наигранном удивлении.
