Автор
В черном балахне калеки Дэна Каллагана жажда разума ожидает ванну. Улица наполняется дождем и тревогой, а он стучится в дверь своего сознания — где бесформенное существо Эфи Томасси смотрит на него из-за зеркала каминов.
— Не может быть! Если тебе, негодяю, больше делать нечего, кроме как шарить по всему дому, надо будет подыскать тебе занятие.
Ее тон обеспокоил Флина.
— Ну, ладно, ладно, — заторопился он. — Я просто так спросил, чтобы поболтать о том о сем…
— Болтай с тем, кому интересно тебя слушать, — отрезала Мамаша, — а меня оставь в покое!
Флин решил, что ему лучше убраться подобру-поздорову. Уоппи последовал его примеру. Оба поднялись в комнату Эдди.
Эдди читал, лежа в постели.
— Салют, подонки! — Он был в хорошем настроении.
— Завтра вечером будем собирать урожай, — объявил Уоппи. — В «Трибуне» появилось объявление.
— Миллион! — воскликнул Эдди. — Вы представляете себе это, типы? Вот мы, наконец, и богаты!
— А что ты сделаешь со своей долей, когда получишь ее? — поинтересовался Уоппи.
— Куплю остров в море, на юге, и заселю его девочками в прозрачных юбочках.
Уоппи рассмеялся и хлопнул себя по ноге.
— Вечно ты со своими девчонками! А я… открою ресторан. Мои спагетти станут самыми знаменитыми во всем мире.
Флин, который равнодушно слушал их, неожиданно спросил:
— А что они там химичат в комнате девочки, Эдди?
Эдди перестал смеяться. Глаза его округлились, он был явно удивлен:
— Что ты хочешь этим сказать?
— То, что ты слышал. Моя комната рядом, и я слышу там постоянную возню. Видел, как туда входил Док со шприцем. И Слим тоже, тихонько вползает с ним туда. В прошлую ночь он оставался там с одиннадцати до четырех утра.
Эдди быстро встал.
— Что ты там поешь?.. Вспрыскивание?
— Ты правильно понял. Док держал шприц, когда входил к ней в комнату. Думаешь, он усыпляет ее?
— Зачем ему это?
— Я ничего не знаю… Потому и спрашиваю тебя. А Слим, что он-то там делает?
Эдди стал быстро натягивать одежду.
— Слим?! Неужели эта грязная скотина имеет виды на малышку?
— Я уже тебе сказал, что ничего не знаю. А Мамаша страшно рассердилась, когда я о ней заговорил.
— Пойду с ней поговорю, — решил Эдди. — Если Слим собирается с ее помощью излечиться от своих комплексов, я больше не играю.
— Лучше не надо, — предостерег его Уоппи с беспокойством. — Это не понравится Мамаше. Не вмешивайся в это дело.
Эдди не обратил на его слова внимания.
— Постереги лестницу, — бросил он Флину. — Запой, если Мамаше вздумается подняться.
— Заметано, — ответил Флин.
Он вышел на лестничную площадку и облокотился о перила.
