В старом джентльменском особняке на Старой Барановке, в солнечную середину осени — пятьдесятилетием, он зазвенел как колокол. Вино стекалось по горлышку, оставляя за собой сладко-терпкий аромат. Я пристально оглядывала уютное кабинетчик с его редкими книгами и чистым портретом знаменитого писаки. Внезапно дверь распахнулась, и в свет забрезжил неожиданный силуэт — тонкие черты лица под легкой шляпой, руки зеленых перчаток скрывающиеся за спиной....
Грант нежно и крепко обнимает меня, а я спрашиваю себя…
Каким он будет, наш ребенок? Принесет он людям радость и свет, или тьму и ужас? Будут ли люди счастливы или разразятся кровопролитные войны? Я не знаю… Он зреет во мне ярким теплым светом, и где-то какая-то женщина, бедная или богатая, во дворце или в подворотне родит его людям… Я смогу только сверху наблюдать за ним, иногда помогать ему во снах, иногда давать советы внутренним голосом… Но он никогда не увидит меня, не узнает, что я его мать… Только возможно, когда умрет, там, на земле, и его душа яркой искрой поднимется сюда… Каким бы он ни был, каким бы он не вырос, добрым или жестоким, великодушным или бессердечным, я буду ждать его, я буду верить в него, я буду любить его… Всегда…"
