Высоко взлетевший холодок новогодней ночи окутывает город золотистой дымкой. Я выкатываюсь на улицу, сердце колотится так же, как и рябь в глазах моего парня, глядящего в объятиях вертихвостки сестры — лучшей подружке. Ночью надевать пальто необязательно, но я поскальзываюсь на морозе и упираюсь ногами в глубокий сугроб....
– Пакуем, – Ваня отдает очередную команду своим цепным псам, и Полякова выводят из здания.
Токман смотрит на меня так, словно не ожидал здесь увидеть. Он растерян. Точно. Вся эта отстраненность лишь маска.
Его люди покидают здание, а он все еще продолжает сидеть напротив.
– Наташа, будь готова, тебя вызовут на допрос.
Он говорит, а я все никак не могу отвести глаз.
– Зачем ты пришел?
– Я не думал, что ты тоже здесь будешь, – говорит спокойно. В нем до чертиков этого спокойствия, через край.
Смотрю на его лицо, отмечаю каждую черточку.
– Идем.
– Куда?
Спрашиваю, даже сопротивляюсь где-то внутри, но со стула поднимаюсь. На автомате делаю так, как он говорит.
Ванька сжимает мое запястье и выводит из ресторана. Он так близко. Не верю. Я просто не могу в это поверить.
Сажусь в его машину без единого вопроса.
Токман выезжает с парковки ресторана. У него невозмутимый вид. Отточенные движения. Черный костюм их ни капли не сковывает.
На улице начинается дождь. Дворники растирают капли по стеклу, медленно избавляясь от влаги.
– Куда тебя отвезти?
Переключает передачу, увеличивая скорость.
– Я… я не знаю, – шумно выдыхаю. Дышать все еще сложно.
– Это случайность, – Иван вытаскивает звонящий телефон и быстро отвечает односложными предложениями. Закончив, снова обращает все свое внимание на меня. – Я действительно не думал, что ты здесь будешь.
– Но знал, что я с ним.
– Знал.
– И не хотел увидеться…
– Это сейчас не имеет значения. Я просто хочу сказать, что не хотел причинить тебе неудобства…
– Это ты так завуалировал старые чувства? Не переживай, я уже давно про тебя забыла.
– Хорошо.
Ваня кивает, а мне хочется его треснуть.
– Ты теперь большой начальник?
– Не больше обычного, – пожимает плечами.
– И не военный.
– Сменил род деятельности. Я же говорил, новая работа…
– Не думай, что я дословно помню, что ты там болтал.
Нагло вру. Я каждое слово до сих пор помню. От зубов отскакивает.
Ваня улыбается, еле заметно, но я вижу.
Он снова смотрит на часы и вытаскивает какие-то таблетки. Закидывает парочку в рот, запивая водой, что стоит в подстаканнике.
– Голова с утра еще болит, – отвечает на мой вопросительный взгляд.
– Знаю прекрасный способ избавиться от головной боли…
– Гильотина? – на его лице вновь проскальзывает ухмылка.
– Верно.
– Так куда везти?
– Вообще-то, я была на машине.
Ванька заламывает бровь и смотрит на меня как на дурочку.
– Что? Это нормальная реакция.
