Высоко взлетевший холодок новогодней ночи окутывает город золотистой дымкой. Я выкатываюсь на улицу, сердце колотится так же, как и рябь в глазах моего парня, глядящего в объятиях вертихвостки сестры — лучшей подружке. Ночью надевать пальто необязательно, но я поскальзываюсь на морозе и упираюсь ногами в глубокий сугроб....
Так неожиданно это происходит…
– В последнее время ничего странного не происходило? – не отводит глаз.
– Ты появился. И это очень странно.
– Я не об этом. К тебе никто не подходил? Может быть, звонки? Угрозы?
– Нет. А должно?"
"– Дело приняло не очень хороший оборот. Тебе лучше взять охрану или ненадолго уехать.
– У меня график битком. Я не могу покидать город. Особенно по каким-то странным надуманным причинам…
– Все гораздо серьезнее…
– Беспокойся, пожалуйста, о своей пассии. Меня не впутывай. Я девочка взрослая и сама…
– Конечно, сама, – Токман, кажется, улыбается.
Терпеть не могу, когда он называет меня полным именем. Всегда, когда это случается, то означает одно – он зол и недоволен.
– Ты же понимаешь, что она от тебя сбежит? – перевожу тему.
– Может быть.
– Точно сбежит. Ей с тобой сложно, Ванечка, – уменьшительно-ласкательное само слетает с губ, а Ванькин взгляд темнеет.
– Несомненно. Найми охрану. Или я приставлю к тебе человека.
– Вот уж нет! – меня подбрасывает от его непоколебимости. Ну вот почему я так не могу?
– Тогда позвоню Серёге, сама ты об этом не позаботишься, назло мне.
– Зачем ты тогда это сделал? Я не понимаю… – снова затаскиваю нас в прошлое. Для меня важно. Очень важно узнать причину.
– Так было нужно. Тогда мне это было нужно.
62
Иван.
Татка оторопело кивает.
Она, конечно, не поймет, а я не стремлюсь объяснять.
На самом деле я здесь действительно сугубо по делу. Криминальные друзья Полякова не дремлют.
Первые звоночки уже были, и я просто не могу допустить, чтобы ее это задело хоть как-то. Излишняя безопасность не помешает.
Конечно, я подправил все ее показания. Вылизал, можно сказать. Ничего она не знает и ни о чем не в курсе. Улик и без ее слов достаточно.
Но держать руку на пульсе привык.
Да и люди, что вели делишки с Поляковым, далеко не идиоты. Будут меня пробивать.
– Адрес говори. Домой отвезу.
– Я сама.
– Охрану наймешь и хоть до китайской границы сама.
Татка нехотя называет адрес.
Всю дорогу мы молчим. Разговор не клеится, и на самом деле так даже лучше. Не уверен, что хочу сейчас хоть что-то обсуждать.
Останавливаю машину у высоких ворот.
Свобода бросает на меня очередной пытливый взгляд и шумно выдыхает.
– Зайдешь?
– Спешу.
– Точно.
