Великолепный Олег Палежин вводит вас в мир довоенных подразделений, где ненависть выходит за пределы военной службы, и каждый шаг взаимоуничтожения сопряжен со злом. "Болевой порог" — это дожественная повесть о Тридцатьхвосьмом, когда война стала уже не просто средством самосохранения, а невыносимым кошмаром для всех, кто туда попал....
Тамбовский рембат
Рембат стоял в поле с одним кольцом обороны и комендантской ротой. На его территории размещались солдатские палатки, ремонтные ямы, разбитая и неисправная техника. Рядом с баней щебнем отсыпан плац. У штаба батальона имелась палатка с медиками, офицерская и солдатская столовые, своя хлебопекарня. Здесь были все. И танкисты, и пехота, и ВВ. Утром на построении для экипажа ремонтной машины прикрепляли двух, а то и трёх опытных механиков-ремонтников. За процессом ремонта машин наблюдали офицеры этого подразделения.
– Сколько тут масин много, Саса! – сказал Тошиба, отскребая жирную глину от ведомых катков машины.
– Не «масин», а машин. У тебя почему с русским языком так туго? Я скоро так же говорить начну, – устало сказал Скачков, перебирая гаечные ключи.
– Холосо, молсять буду, – обиделся пулемётчик, продолжая приводить в порядок внешний вид БМП.
– Вот ты посмотри на себя. Говоришь по-русски как иностранец.
– А я сё? Я нисё! – с непониманием ответил боец.
– Тьфу ты, чёрт, – психанул Саня и уселся на «ребристый», – даже поговорить не с кем. Сегодня баня будет. Будем твоих вшей гонять.
У тебя мыльно-рыльные с собой?
– Есть сюсють, – ответил Тошиба, развязывая свой вещмешок.
– Да не надо мне сейчас всё показывать, – остановил его Скачков, – в баню с собой возьмёшь.
Тошиба посбивал все пальцы на руках, работая ключами, помогая снимать стартёр. Саня извёл на бойца весь лейкопластырь. Механики рембата пришли на помощь только после обеда. Они мастерски управлялись с ремонтом, умудряясь подлезть даже в труднодоступные места машины. Это слегка подбодрило Скачкова. Стоять на ремонте вдали от своих – занятие не из весёлых.
Вокруг и в самом деле было множество техники. Машины ставили шеренгами, на каждой из них копошились бойцы. Лязганье ключами и так необходимый русскому солдату мат разносились по всему ремонтному батальону.
В палатке, где разместили бойцов на ночлег, лежанки были сколочены из досок. Солдаты спали на бушлатах, подтапливая печку-буржуйку, расположенную по центру. Электричество на баню и штаб батальона вырабатывал дизельный генератор.
