Великолепный Олег Палежин вводит вас в мир довоенных подразделений, где ненависть выходит за пределы военной службы, и каждый шаг взаимоуничтожения сопряжен со злом. "Болевой порог" — это дожественная повесть о Тридцатьхвосьмом, когда война стала уже не просто средством самосохранения, а невыносимым кошмаром для всех, кто туда попал....
Рядом с ним всегда стояло ведро солярки. Тошиба притащил две больших горячих буханки хлеба, купленных у пекарей за одну противопехотную гранату. Парни перекусили перед помывкой, съев по банке кильки в томатном соусе. Саня достал свою подменную форму и отдал её бойцу.
– Сегодня нательное бельё стирать будем и форму прокипятим! – сказал Скачков. – Купаться после ВВ пойдём, я уже очередь занял. Ты пойми, Тошиба, в армии везде по одёжке встречают. Если ты выглядишь как непонятно кто, то и сам ты непонятно кто. Я пойду первым, ты тут останешься, за вещами и оружием присмотришь.
Саня раздобыл у связистов два ведра для кипячения формы. Тех, кто ушёл на помывку, попросил поставить ведра на раскалённую печь. Когда подошла очередь мыться, вода уже закипела. Скачков побросал туда форму и по куску хозяйственного мыла, оставив Тошибу в одном нательном белье. Пулемётчик укутался в бушлат и ждал своей очереди у печки. Шёл четвёртый месяц боевых, и за всё это время Скачков мылся в бане впервые. Сначала он долго грелся, забравшись на верхнюю полку, потом принялся тереть спину мочалкой.
Тошиба был таким чистым только перед отправкой. Саня предусмотрительно посоветовал бойцу закатать рукава и работать аккуратнее, чтобы не перепачкаться вновь.
Прошла неделя. Ребята заканчивали с установкой стартёра. Но зампотех предложил заменить и радиаторы машины. Пришлось подогнать кран и стропами снять весь передний лист брони с «ребристым».
На ремонт пришла машина Лозового. Лёха был механиком-водителем первого взвода. Парни долго болтали. Скачков расспрашивал о том, как идут дела в роте, откуда пополнение и сколько уволилось дембелей. Алексею тоже нужны были новые радиаторы, его машину притащил танк.
– Через день или три-четыре уедем, – сказал Саня. – Надоело. Уже сто раз пожалел, что в учебке механиком стал. Тут баня есть, кормят неплохо, но возиться с машиной такой геморрой.
"– У тебя хоть помощник имеется, – кивнул Лозовой в сторону Тошибы, – а мне ротный не дал никого. Наши сейчас в аэропорту стоят, мёд трескают так, что за ушами трещит. На пасеку напоролись. Готовятся к наступлению на город. У разведчиков погибли двое. Нас с АГСов обстреляли, суки. Мне граната на «ребристый» прилетела, хорошо, что я по-боевому машину вёл. Защитная сетка радиаторы не спасла, вот я и здесь.
– Помощников тебе дадут, не переживай! – сказал Саня.
