Нет никакой видимой связи между подругами Сурковой и Латыниной и многочисленными сурковскими одноклассниками. Тем не менее, в Суркову стреляли именно на школьном дворе.
Даже если видимой связи нет, это не означает, что ее не существует вовсе.
“У вас нет такого же, но без крыльев? — вспомнилось ему. — Нет? Будем искать!”
Раздумывая, он снял трубку и набрал номер.
— Маша, это капитан Никоненко. Как вы себя чувствуете?
— Спасибо, — ответила она довольно бодро, — уже лучше. Митя сказал, что вы вчера собирались зайти.
У вас ко мне какие-то вопросы?
Митя, надо понимать, это министр Потапов Дмитрий Юрьевич. Митя ей сказал, что должен зайти капитан!.. Ей-богу, это не уголовное дело, а роман из жизни высшего общества. Автор — все тот же Голсуорси.
— Да, есть вопросы, — согласился Никоненко. — Вспомните, вы точно никогда не знакомили свою подругу ни с кем из одноклассников?
— Нет, — ответила она удивленно, — никогда не знакомила. Игорь Владимирович, да я с ними сама почти не общалась! Раз в несколько лет.
Я и в школу приходила только для того, чтобы… чтобы…
— Знаю-знаю, — сказал капитан после недолгого молчания, — чтобы повидать Дмитрия Лазаренко.
— Да. И даже когда училась, я ни с кем не дружила. У меня кличка была “моль облезлая”. Я такая и была. Тамарка меня жалела и из жалости со мной общалась. А потом Алина появилась, и мне стало на все наплевать.
— Кстати, как она появилась?
— Очень обыкновенно. На лыжных соревнованиях. В Нескучном саду катались сразу несколько школ.
Я упала и сломала лыжу. Все мимо проехали, а она остановилась, и мы с ней кое-как до финиша доковыляли. Я ногу растянула, а за ней Аркадий Петрович на машине приехал. Они меня забрали домой, и Людмила Николаевна меня компрессами лечила. Вот и все. А потом они меня взяли… к себе. У меня плохие отношения были с мамой, и они меня жалели.
— Добрые какие, — не удержавшись, едко сказал Никоненко.
— Добрые, да, — вскинулась Маруся, — они замечательные люди, каких мало.
Я, например, больше таких не знаю.
— Вы все-таки подумайте, — попросил Никоненко, — вспомните, может, вы вместе куда-то ходили и кого-то встречали.
Маруся обещала подумать и вспомнить, но как-то неуверенно, так что капитан сразу понял, что ее воспоминания — дело гиблое.
Кто-то что-то говорил ему об этом, но он никак не мог вытащить из памяти, кто именно, что и когда. Просто тогда он не придал этому значения, а следовало бы придать.
