Вечерами он превращается в грустного Робинзона Крузо на необитаемом острове, создавая путь к следующей зарубке. Но каждое новое заключение лишь усугубляет бездну его вынужденного заточения. В этих потертых страницах скрыты его сны и таинственные отблески надежды, но вовсе не покоящегося здесь до самого конца....
Лады?
— Да мне насрать, просто принеси это сраный ноутбук. И да, там к тебе ещё пара заданий будет, но только не сейчас. Всё, скройся за дверью.
Я вышел на улицу и закурил. Сигарет в пачке оставалось всего ничего. Вскоре снова придётся крутить козьи ножки. Интересно, где выродки их взяли? Что-то мне подсказывает: с точно такого же склада, как у нас. И если там хранится такое, возможно, есть ништяки и получше, чем сигареты. Стэп утверждает, что изменённые тоже обчищали магазины. И это не удивительно.
"В конце концов, они ведь не киношные вампиры. Всякая мистическая хрень на них не влияет. Ни святая вода, ни кресты, если они, конечно, не серебряные. В целом, серебро — их единственная слабость. Да и не в этом суть…
Я глубоко затянулся и уставился на окурок, формируя окончательную мысль. А она была простой, как мозг поросёнка: нужно уничтожить их гнездо и как следует его обыскать. И возможно, нам посчастливится обнаружить в нём приличный запас продуктов и не только.
Такой вариант был бы возможен, если бы твари не стреляли в ответ. Но увы, им достаточно выстроить баррикаду в конце тоннеля и установить там пулемёт. Всё — эту точку мы не пройдём, а лишь завалим проход своими труппами до самого потолка.
Отбросив окурок, я тяжело вздохнул и отправился его поднимать, вспомнив о замечании и наличии мусорницы. Убрав за собой, отправился в столовую и уже на подходе едва не залил себе слюнями всю грудь. Я, конечно, мог и ошибаться, но пахло оттуда жареным мясом. Даже сложно вспомнить, когда я в последний раз его ел. Тушёнка в деревне не считается. А когда я вошёл под навес, где уже вовсю ужинали жители кремля, окончательно утратил силу воли, узнав на одной из тарелок котлету.
Ужин исчез во мне за пару минут. Не помогли даже долгие месяцы тренировок, когда я учился есть медленно, чтобы не упустить чувство насыщения. Я словно ребёнок сожрал весь рис, оставив котлету на последнее, и всё равно проглотил её так быстро, что даже не понял: а была ли она? Огромных усилий стоило удержать себя от похода за добавкой.
