Вечерами он превращается в грустного Робинзона Крузо на необитаемом острове, создавая путь к следующей зарубке. Но каждое новое заключение лишь усугубляет бездну его вынужденного заточения. В этих потертых страницах скрыты его сны и таинственные отблески надежды, но вовсе не покоящегося здесь до самого конца....
Её лишь изредка прерывал тихий шелест страниц, сопровождаемый пляской причудливых теней на стене, которые отбрасывало пламя свечи.
Сон не шёл, ему мешали мысли, которые огромным роем носились в черепной коробке. Полученная информация ничего толком не давала, кроме описания этого самого Лебедева. Я даже не знал, с чего начинать поиск."
"И чем дольше я обо всём этом думал, тем больше сомневался в правильности выбора старого особиста. Почему он доверил мне эту работу? У меня в подобных делах ни опыта, ни квалификации.
Стоп!
Меня вдруг посетила странная мысль: а что, если всё это лишь для того, чтобы отвлечь меня от другого, чего-то более важного? Например, от поисков брата. Изначально при нашей встрече он чётко дал понять, чего именно от меня хочет. Не было ни намёков, ни закоулков из второстепенных задач — точно и лаконично поставленный вопрос.
* * *— Слушай, может, до Ворсмы прокатимся? — предложил напарнику я. — Топлива ведь хватит, чтоб потом в кремль вернуться?
— Ещё и останется, — подтвердил мою теорию Стэп. — Времени тоже с запасом.
— Много там ещё? — кивнул на дверь я.
— Две банки огурцов и три с помидорами, — ответил приятель, загружая найденные припасы в салон. — Ну ёпт, кто так самогон-то ставит⁈ Расколоти ещё.
— Переставь как надо, — пожал плечами я и направился к дому за остатками продуктов.
Стэп что-то недовольно пробормотал, но переспрашивать его я не стал. Всё равно ничего дельного.
Ночь прошла спокойно, но это было даже предсказуемо. Слишком глухой посёлок, да и находится на отшибе. В идеале здесь бы какой-нибудь схрон замутить, на всякий случай или на чёрный день.
Наконец багажник УАЗа захлопнулся. Стэп прыгнул за баранку, а я занял место пассажира рядом — и мы отправились в Ворсму.
