В зале ресторана яркий свет люстр и плафонов сверкал среди гостей. За окном была ночь — миллионы звезд осыпали черное небо холодным сиянием, а рядом ритмично шумел океан. Женщина поднялась на балкон, устремив взгляд к волнистой дымке моря. Красота и безграничность ночи лишь усиливалась — где-то далеко горизонта мерцал свет от встречного судна, за кормой мелькали вспенившиеся турбуны волн....
Может быть, в этой раме и нет никакого тайника, и она только понапрасну тратит время?
А если есть?
Надежда задумалась – где бы она сама разместила тайник, если бы в нем хранилось что-то по-настоящему ценное, а не просто пачка старых писем?
В нижней части рамы – это слишком доступно. Особенно если учесть, что картина долгие годы висела в Доме культуры, где к ней мог подойти кто угодно.
Вот верхняя часть – это более надежно…
Кроме того, если во второй раме тайник сделан снизу, устраивать второй тайник на том же уровне просто физически неудобно – подвижные части рам, закрывающие два тайника, могут задевать друг за друга, и механизм выйдет из строя.
Оглянувшись на дверь, Надежда снова взобралась на стол и ощупала верхнюю часть рамы.
Сначала ей показалось, что здесь тоже нет ничего необычного, но затем она почувствовала, что один завиток немного выступает над краем рамы. Она нажала на него посильнее, потом сдвинула в сторону, как ручку щеколды, – и часть рамы отъехала в сторону, как крышка шкатулки.
С трудом сдерживая волнение, Надежда запустила руку в образовавшуюся пустоту – и нащупала там небольшой замшевый мешочек, внутри которого находился какой-то твердый предмет…
Она вынула свою находку из тайника и внимательно оглядела ее.
Это был мешочек из черной замши, горловину которого стягивал шелковый шнурок. Дернув этот шнурок, Надежда вытряхнула на ладонь содержимое мешочка…
У нее на ладони лежал золотой браслет, выполненный в форме змейки с изумрудными глазами, кусающей себя за хвост.
Браслет был удивительно красив и изящен, но кроме этого, он производил впечатление действительно необычного древнего артефакта, от него веяло подлинной стариной…
Надежда благоговейно разглядывала браслет.
Тут до нее дошло, что в любую минуту может вернуться Мясников со своими людьми, и в каком виде они ее застанут – на столе, с золотым браслетом в руках…
Она закрыла тайник в раме, слезла со стола и задумалась.
Отдать браслет Мясникову?
Картина, несомненно, принадлежит ему, но браслет… с какой стати? Браслет – это собственность художницы, а теперь, после ее смерти, – собственность ее единственной наследницы, Нины…
Значит, Нине и надо его отдать!
Надежда спрятала замшевый мешочек с браслетом в карман куртки и снова опустилась в кресло.
Отсюда она могла разглядывать картину.
