В темной комнате шестого утра, Никита чувствует себя как в сне. Его жена Марта неотразима: ласки и поцелуи превращают его в слушателя любви. Просыпаться становится невмоготу — он остро ощущает бурю чувств, заставляющую шуметь кровь и пульсировать грудь.
С утробным рычанием, словно дикий зверь, он набросился на Лелю. Схватил ее в охапку, швырнул на кровать. Вошел в нее. Не прошло и минуты, он задрожал, задергался, взвыл. И отстранился от нее. Лег на спину. Немного отдышался.
— Ты ведьма! — выдал он.
— Спасибо, я очень рада… Надеюсь, сударь, вы не сожжете меня на костре?..
Сейчас Леля не боялась его. Даже ощущала какое-то превосходство над ним.
— Ты блядская ведьма… А таких не сжигают. Таких затрахивают до смерти…
— Ну, ну. Попробуй, затрахай…
— Не могу.
— И никогда так не заводился…
— Нет…
— Это потому, что тебе не попадалась такая женщина, как я.
— Не попадалась, — признался Седой. — Я же говорю, ведьма ты.
— Да нет, дорогой, просто у тебя идиотский метод соблазнения женщин. Сначала топор над головой, а потом постель. Женщине, конечно, страшно. И она ложится под тебя. Но она ничего не делает. Она пассивна…
— Этому меня мой брат научил. Младший…
— Чему научил?
— Телок смертью пугать.
— К женщинам особый подход нужен. Ты меня вот в баньке помыл, водочкой напоил, музыку дал послушать. И я вся твоя — без топора… А брат твой дурак.
— Не надо так о моем брате, — в голосе Седого прозвучали стальные нотки.
— А где он сейчас, твой брат?
— Тебе это интересно? — почему-то усмехнулся Седой.
— Интересно…
— Брат мой на зоне. Вернее, был. В бега он ушел… А сам он тебе интересен?
Ill
— Откуда я знаю? — удивленно пожала плечами Леля.
— Увидишь. Он скоро будет здесь…
— А зачем твои парни бомжих зарубили? — спросила Леля. — Хотели с ними переспать, а те ни в какую?..
— Заткнись! — рыкнул на нее Седой.
Леля вздрогнула. Вся ее смелость куда-то улетучилась. Ну кто ее за язык тянул? Зачем она о запретном спросила?
Но ведь все равно придется затронуть эту тему. Она должна сделать это.
— Никогда не спрашивай меня, что здесь, как и зачем, — немного смягчился Седой.
— Поняла, поняла, — закивала Леля. — Мне вообще это не интересно. Мне только ты интересен…
Она спорхнула с постели. Снова нашла нужную музыку. Начала танцевать в чем мать родила.
На этот раз Седой заводился не так быстро — понятно почему. Поэтому одним танцем дело не ограничилось. Леля мягко опустилась рядом с ним, легкими прикосновениям рук и других частей тела довела его до кондиции.
