Автор
Автобиографичный роман о жизненном пути Филипа Кэри, сироты, ищущего смысл существования через искусство, любовь и веру. Герой переживает разочарования, борется с собственными амбициями и недостатками, постепенно открывая для себя истинные ценности и смирение перед судьбой.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Бремя страстей человеческих»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Автобиографичный роман о жизненном пути Филипа Кэри, сироты, ищущего смысл существования через искусство, любовь и веру. Герой переживает разочарования, борется с собственными амбициями и недостатками, постепенно открывая для себя истинные ценности и смирение перед судьбой.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Автобиографичный роман о жизненном пути Филипа Кэри, сироты, ищущего смысл существования через искусство, любовь и веру. Герой переживает разочарования, борется с собственными амбициями и недостатками, постепенно открывая для себя истинные ценности и смирение перед судьбой.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Послушай-ка, дай посмотреть на твою ногу, – попросил он.
– Не дам, – сказал Филип и быстро прыгнул в кровать.
– Нет, дашь, – сказал Певун. – А ну-ка, хватай его, Мейсон!
Мальчик из соседней спальни выглянул из-за перегородки и, услышав приглашение, проскользнул за занавеску. Вдвоем они накинулись на Филипа и стали сдирать с него одеяло, но тот крепко держал его обеими руками.
– Оставьте меня в покое! – закричал он.
Певун схватил головную щетку и стал оборотной стороной бить Филипа по пальцам. Филип вскрикнул от боли.
– А ты почему не показываешь нам ногу?
– Не хочу!
В отчаянии Филип стукнул своего мучителя кулаком, но сила была не на его стороне, и мальчишка, ухватив его за руку, начал ее вывертывать.
– Не надо, не надо! – взмолился Филип. – Ты мне руку сломаешь.
– А ты молчи и покажи ногу.
Филип всхлипнул, потом разрыдался. Мальчик вывертывал ему руку все сильнее. Боль стала невыносимой.
– Ладно, покажу! – сказал он.
Он высунул ногу из-под одеяла. Певун крепко держал руку Филипа и с любопытством разглядывал его уродливую ступню.
– Ужасная гадость, правда? – сказал Мейсон.
Вошел еще один мальчик и принял участие в осмотре.
– Фу! – сказал он с отвращением.
– Вот уродина, – скривившись, сказал Певун. – А она твердая?"
"Он пощупал ногу кончиком пальца так опасливо, словно она была чем-то одушевленным. Вдруг на лестнице послышались тяжелые шаги мистера Уотсона. Мальчишки накинули на Филипа одеяло и, как мыши, бросились врассыпную по своим спальням. В дортуар вошел мистер Уотсон. Встав на цыпочки, он мог заглянуть поверх зеленой занавески и проверить, что за ней делается. Окинув взором три кровати, он убедился, что мальчики спокойно спят, погасил свет и вышел.
Певун окликнул Филипа, но тот молчал. Вцепившись зубами в подушку, он беззвучно плакал. Он плакал не от боли, не от унижения, которое испытал, когда рассматривали его ногу, а от ненависти к себе самому, не выдержавшему пытки, к своему слабодушию.
И тут он почувствовал, как он несчастен. Его детской душе казалось, что страдания – удел всей его жизни. Сам не зная почему, он вдруг вспомнил то холодное утро, когда Эмма вынула его из кроватки и положила рядом с матерью. С тех пор он ни разу об этом не думал, но сейчас живо припомнил теплоту материнского тела и прикосновение ее рук. Вдруг ему почудилось, что все это сон – и смерть матери, и жизнь у дяди, и эти два горьких дня в школе, утром он проснется и очутится снова дома. От этой мысли слезы высохли. Ему слишком горько, так бывает только во сне, и мама его жива, и Эмма скоро придет и ляжет спать… Он забылся.
Но наутро его разбудил звон колокола, и, открыв глаза, он увидел зеленую занавеску своей спальни.
Глава 12
Время шло, и хромота Филипа перестала вызывать интерес.
