В Броске кобры ребята нашли специалистов — мясо замариновано и завтра на завтрак сержант получит шашлык, такого он не пробовал никогда. Человек аккуратный и предусмотрительный Данин берет несколько постных кусков с собой. Лейтенант распределяет работу: на середине скользкой шоссейки, где скала возвышается как двухэтажного дома, грядёт странный хищник.
В этот момент он походил на художника или фотографа, ищущего наилучший ракурс для портрета.
Абба наблюдал за Даниным, молча курил.
– Фамилии не знаю, кажется мне, что это старлей из второй роты, они стояли по соседству с нами.
– Он был разведчик? – спросил Абба.
– Не думаю, – ответил Кобра. – Полагаю, обычный полевой офицер.
– Больше ничего сказать о нем не можете?
– Нет.
– Хорошо, захороните. – Абба взглянул на Данина с любопытством и ушел.
Кобра отыскал среди скал кусок земли, вырыл яму, захоронил голову и стал готовить обед. Он чувствовал, что за ним наблюдают, но не оглядывался, вел себя как обычно.
Еще через три дня в лагерь привезли русскую женщину с сыном, парнишкой лет десяти, может, чуть старше. Кобра видел их издалека. В хижину вновь явился Абба.
– Они захватили жену и сына русского полковника, который во время боя погиб, унести его не удалось. Они хотят отослать женщину и парня обратно. У нас имеется старенький “Виллис”, вы можете сделать так, чтобы, когда машина придет к русским, она взорвалась?
– Прибыла на место и взорвалась? – переспросил Кобра. – Нет. Если установить часовой механизм, то он сработает в определенное время. Где будет находиться машина – неизвестно. Можно сделать так, что взрыв произойдет, когда откроют капот или багажник. Существуют дистанционные управления, которых у меня нет. Так что ваше театрализованное представление я устроить не в силах.
– А если от этого зависит ваша жизнь?
– Слушайте, майор, полковник или кто вы там на самом деле! – разозлился Кобра. – Моя жизнь никак не связана с моими техническими возможностями. Пугать меня не надо, вы уже могли убедиться, что это бессмысленно. И вообще мне надоело жить в этой лачуге, мерзнуть ночами. Я такой, какой есть, нужен – берите!
– Странный вы человек, Вадим. – Абба смотрел задумчиво. – Я видел много разных людей, вас не пойму.
– Чего меня понимать, я прост, как оглобли, – ответил сержант."
"Через несколько дней Данина перевезли в лагерь военнопленных, где была обычная казарма, двухъярусные койки, кормили неплохо. Здесь были люди разных национальностей, они и держались группами, разговаривали между собой на родном языке. Было и с десяток русских, среди которых Кобра быстро определил троих блатных, их особо и разыскивать не требовалось, они вели себя вызывающе, громко разговаривали, щеголяли татуировками. В камере им определили бы место у параши.
