Ночь пропитана алкогольными запахами и неформальным шуткам. Парнишке-чайкину предстоит выбрать: продолжить беседу с теми, кого он считает незнакомцами, или сбежать от шумного московского клуба. В эти минуты будто все на свете зависло в воздухе, ожидая решения одного юноши....
— Если что, у меня есть еще, — бросаю презерватив на стол перед Майклом, его брови комично ползут вверх.
Я кожей ощущаю взгляд Градского на себе, но принципиально не смотрю на него в ответ. Пусть думает что хочет… если еще в состоянии это делать...
Схватив Крис за запястье, тащу за собой.
— Он хотя бы не просроченный? — бормочет она, имея ввиду почти прогнивший презерватив.
— Думаешь, он считать умеет?
— Нет, — прыскает Крис. — В зоопарке математике не учат.
Мне нужно остудить щеки, а лучше засунуть голову под кран, потому что она у меня кружится.
Глава 19
— Может, у тебя еще и пластырь есть? — кричит Крис из туалетной кабинки. — Или у тебя одни презервативы? — пьяно хихикает."
"Закусываю губу, глядя на свое перевозбужденное отражение в зеркале.
Двадцатилетие не прибавило мне еще одного размера груди или объема в бедрах, но сейчас я все равно выгляжу дико вызывающе. Это не из-за платья, под которым нет лифчика, а из-за того, что я выгляжу натурально возбужденной! Губы даже без помады алые, щеки розовые, а моя укладка выглядит именно так, как выглядит — будто последние полчаса своей жизни я провела на танцполе.
Если теперь друзья моего брата будут думать, что женская сумка нужна мне для того, чтобы носить в ней презервативы, я не против.
Улыбаюсь и приподнимаю волосы, влажной ладонью провожу по взмокшей шее.
— Нет… — отвечаю. — Зачем тебе?
— Ногу натерла…
— Сильно?
Я слышу копошение за дверью и усталый вздох:
— С танцами у меня на сегодня все… блин…
— Обидно, — дуюсь я на несправедливость.
— Я вернусь за стол, а ты иди на танцпол…
— Ладно, — бормочу, закручивая кран. — Тебя подождать? — Смотрю на дверь кабинки через плечо.
— Нет, иди, — произносит Крис.
Забираю с белого мраморного умывальника сумочку и направляюсь к двери.
В коридоре грохот музыки обступает со всех сторон. Просачивается через стены даже сюда, в подвал, где расположены туалеты. Мне навстречу спускаются две девицы с очень заметной пластикой губ. Стараясь не задеть их плечом, выставляю его вперед и поднимаюсь по лестнице.
В моих венах все еще бурлит адреналиновый коктейль, разбавленный текилой и взглядами Градского. Я не собираюсь смотреть на то, как он напивается. В том, чтобы смотреть на него, но не трогать, есть свой ядовитый кайф, но, с тех пор как перешла черту, я больше не получаю этого кайфа. Реальность растоптала все мои ожидания.
Вернувшись на крышу, сворачиваю в противоположную от зоны отдыха сторону и углубляюсь в толпу.
