В ботинках его компании, он словно оказывается в тени прошлого — в летний зной Москвы на неделе, когда дожди заливают полосу, а сердце сжимается от предчувствия скорой зимы. Там будто нет места для радости и весны: лишь сырость и гнетущая тьма, где только призраки лета могут прятаться в жаре и недовольстве, словно пленники вечного междоусобия....
У вас были красивые отношения, он старался удивлять и радовать тебя, и за это тоже стоит быть благодарной, и даже за то, что он обманывал тебя. Потому что ты никогда не чувствовала себя с ним вторым номером после жены, всегда находясь в статусе первой и любимой, а это важно. И самое главное, самая большая и великая драгоценность, которую он преподнес тебе, – это ребенок, которого ты ждешь.
– Я пока не успела об этом подумать, – непроизвольно прижав руку к животу, растерянно призналась Арина.
– А я вот сразу об этом подумала, – все улыбалась ей бабуля.
– Я не скажу ему о ребенке, ба, – сообщила Арина."
"– И не надо, – поддержала ее в этом решении бабушка. – Этот этап его и твоей жизни закончен, и каждый должен идти дальше своим путем.
– И ты не станешь меня убеждать, что отец обязан знать о ребенке и все такое, что он сможет ему многое дать? – подивилась Арина.
– Нет, не стану. Отчего-то мне кажется, что лучше Виктору Олеговичу о нем не знать. И незачем нашего ребенка подвергать ненависти со стороны его жены и детей. Эти жены богатых мужей способны на небывалые гадости, охраняя свое благополучие. Не припечет тяжелая ситуация, так и не скажем. Сами поднимем.
– Спасибо тебе, бабуля, – прошептала Арина, собираясь снова заплакать.
– Ну-ну, – поспешила остановить новые слезы Арина Григорьевна, – вот плакать завязывай, это вредно для ребенка.
– Не буду драмы разводить, – усмехнулась Арина.
А Анна Григорьевна, придвинувшись к ней поближе, сказала проникновенным голосом:
– У вас был ослепительный, великолепный и необычайно красивый роман. Но запомни, детка, на всю жизнь: пошлость убивает красоту, а появление жены и детей, наличие которых скрывалось, – это уже совершеннейшая пошлость. Отпусти, прости, сохрани в душе благодарность этому человеку и красоту того, что у вас с ним было, и давай жить дальше.
Никто не знает, вот уж точно.
Через три дня Арину отпустили домой, предписав еще неделю соблюдать постельный режим и продолжить амбулаторное лечение.
