Над лодкой смотришь — небо так зелено и ясно, словно сама жизнь. Свобода чувствуется во всем: и в легком дыхании корабля на воде, и в том, как свет играет на волнах. Этот поезд из воздуха и моря захватывает дух и приводит к глубоким мыслям о природе и своем месте в ней.
В другом под походной, складной кроватью лежал мешок с шестью чашами из электрона — сплава золота и серебра. Барельефы на боках изображали македонских воинов с сарисами. Были ли чаши, и правда, изготовлены древнегреческими мастерами, любившими работать с этим сплавом, или это более поздняя подделка — не знаю, не специалист. Мне любые сгодятся.
Обратно ехали неторопливо, с беспечностью праздных гуляк. Тысячи франкских воинов смотрели на нас и старались понять, что бы это значило? Вопрос был и на лице Карла Мартелла.
— Ты победил! — улыбнувшись, произнес я коротко.
— В смысле?! — не понял он. — Где мавры?
— Сбежали вчера вечером, — ответил я и повторил: — Ты победил!
Я еще помню, как орали болельщики на «Камп Ноу», стадионе «Барселоны», вмещавшем почти сто тысяч человек, когда хозяева забили гол. Ходил ради любопытства на четвертьфинал Лиги чемпионов с итальянским «Ювентусом». Так вот их рёв — детский лепет в сравнение с тем, что выдала франкская армия, меньшая на порядок, когда весть о бегстве мавров разнеслась по ней.
55
Карл Мартелл отныне главный защитник христианской веры. По крайней мере, так считает Римский папа Григорий Третий. То, что этот грабительский набег мавров в подметки не годится не только осаде Константинополя, но даже осаде Тулузы, никого не волнует. Франки находятся по нужную сторону баррикады, по ту, которая напишет историю и продвинет свою версию по всему миру. Эд Большой отныне защитником христиан не является и зовут его просто герцогом Аквитании, вассалом франкского короля Теодориха Четвертого и заодно Карла Мартелла.
Мажордом всех франков в полной мере воспользовался победой. Он тут же заменил епископов в Туре, Орлеане и Осере на тех священников, которые согласились отдать значительную часть земель. Полученные наделы были розданы воинам, готовым отправиться по первому зову в поход на коне и в броне. Урок, преподанный маврами, Карл Мартелл усвоил хорошо и сделал ставку на тяжелую кавалерию, способную прорывать глубокую фалангу.
"Кое-что обломилось и мне. Зная, что дочь Арда родила ему второго внука, подарил мне с последующей передачей моему младшему сыну Карлу графство Эно, расположенному, как я прикинул, на территории будущей Бельгии. Я бывал там во время войны с галлами. Тогда на территории графства жило племя нервиев. Столицей являлся город Монс, бывший римский каструм, носивший из-за рельефа местности имя Монтес (Холмы).
