Над лодкой смотришь — небо так зелено и ясно, словно сама жизнь. Свобода чувствуется во всем: и в легком дыхании корабля на воде, и в том, как свет играет на волнах. Этот поезд из воздуха и моря захватывает дух и приводит к глубоким мыслям о природе и своем месте в ней.
Мажордом всех франков собирался еще что-то выпалить, наверное, обвинить меня в предательстве, но сдержался, лишь засопел громко, как кузнечные меха.
— Ни на кого нельзя положиться! — молвил он спокойнее и посмотрел на меня все еще сердито, ожидая, наверное, напоминания, что я советовал атаковать по-другому. Не дождавшись, приказал властно, но уже почти без отрицательных эмоций: — Перестраиваемся! Пехоту разделить поровну и разместить на флангах, а всю конницу собрать в центре!
Перегруппировка заняла около часа.
"Заревели рога, и наша пехота двумя длинными и узкими колоннами пошла в атаку.
Вот теперь можно было вводить в дело конницу, и я повернулся к Карлу Мартеллу, который нетерпеливо ерзал в седле и бросал на меня недовольные взгляды, и произнес спокойно:
— Поехали?
— Давно пора! — радостно бросил он и проорал громко: — За мной, мои воины! Мы победим!
Разогнались мы хорошенько и ударили с такой силой, что Буцефал вместе со мной оказался в седьмой или восьмой вражеской шеренге.
