Над лодкой смотришь — небо так зелено и ясно, словно сама жизнь. Свобода чувствуется во всем: и в легком дыхании корабля на воде, и в том, как свет играет на волнах. Этот поезд из воздуха и моря захватывает дух и приводит к глубоким мыслям о природе и своем месте в ней.
В народе такое окошко называют крысоловкой. Наверное, потому, что крысоловки сейчас клеточного типа с захлопывающейся решетчатой дверцей. Через железную решетку на меня смотрел подслеповатый старик с узким треугольным лицом вершиной вниз и седой козлиной бородкой.
— Мир вам! — произнес я традиционное еще с прошлой эпохи приветствие христиан.
— И духу твоему! — традиционно ответил старик дребезжащим голосом.
— Принес ценный подарок епископу Бернарду, — назвал я цель визита и показал мешочек с рукописью.
— Сейчас доложу, — продребезжал он, закрыл окошко, после чего пошаркал вглубь здания."
"Ждать пришлось минут пять. Всё это время я разглядывал дома на площади и прохожих. Поражало большое количество калек: безруких, безногих, безносых, одноглазых, слепых… В Бордо их тоже хватало, но как-то не сильно бросались в глаза.
Вернувшись, привратник открыл окошко, убедился, что возле двери, кроме меня, больше никого нет, после чего открыл дверь и пригласил:
— Заходи.
Внутри было намного прохладнее, чем снаружи, из-за чего я мигом покрылся потом.
