Сергей Бабкин пытается отбросить сомнительные мысли утром, когда звонит Игорь Васильевич. В трубке играет «Шутка» Баха. Несколько мгновений они обмениваются вежливыми приветствиями и делают вид, что всё в порядке. Только здесь начинается необычная история — как бы маленькая капля на стеклянной короне над бумажным занавесом....
– Или представляли, что все это богатство теперь ваше?
Грегорович едва заметно пошевелил губами. Но он по-прежнему не говорил ни слова, и Кутиков почувствовал себя несколько обескураженным.
– Опять забыли, куда паспорт сунули? – уже без насмешки спросил он.
Богдан словно проснулся.
– Так ведь гудело, – с детским изумлением сказал он.
– Что – гудело?
– В ящике. Вибрировало. Недолго. Я потому и полез туда, что стал искать, откуда звук…
Его глаза встретились с взглядом камердинера. Кутиков утратил всю свою обманчивую мягкость.
– Хотите сказать, кто-то позвонил на один из их сотовых? И вы до сих пор молчали?
– Да я только сейчас сообразил…
Но Кеша уже был за дверью. Приговаривая что-то извиняющимся голосом, Грегорович рванул за ним со всех своих длинных ног. Однако настичь Иннокентия смог только возле ящика с телефонами.
Кутиков быстро перебирал их: один, второй, третий…
– Вам точно не показалось? – отрывисто бросил он.
– Кажется, гудело…
– Не вижу…
Он вдруг замолчал.
– Что, что? – заволновался Грегорович, заглядывая через его плечо.
– Вот оно, – негромко сказал Кеша. – То, что нам нужно было.
Он вдруг щелкнул языком, и это было так же неожиданно, как если бы камердинер вздумал пройтись колесом.
– А ячейки-то в нашей сети не такие уж и крупные, Богдан Атанасович!
4– Все лгут.
Выдав эту банальность, Сергей Бабкин лег на диван и положил на грудь папку с многочисленными досье. К его большому огорчению, информацией их с Макаром обеспечивал в основном Перигорский. Обращаться к человеку, втянувшему их в эту постыдную историю, Бабкин не хотел, но его собственный источник уже выложил все, что знал.
Сергей понимал.
Тогда-то Илюшин и предложил спросить Перигорского.
Игорь Васильевич, если уж начинал действовать, действовал быстро. Через двадцать минут после телефонного разговора Макару позвонили двое и вежливо поинтересовались, какого рода сведения ему требуются.
«Любого», – опрометчиво сказал Макар.
