Сергей Бабкин пытается отбросить сомнительные мысли утром, когда звонит Игорь Васильевич. В трубке играет «Шутка» Баха. Несколько мгновений они обмениваются вежливыми приветствиями и делают вид, что всё в порядке. Только здесь начинается необычная история — как бы маленькая капля на стеклянной короне над бумажным занавесом....
– Чего тут расследовать, – фыркнул Бабкин. – Сам же Перигорский его и съел.
В прихожей на мелкие трели рассыпался звонок.
– А вот и сынишка! – Макар поставил чашку на подоконник. – Смотри, не пугай мне мальчугана!
Бабкин направился в прихожую. Надо сказать, даже в эту минуту его не мучило дурное предчувствие. Тучи не сгущались, паркет не дрожал под ногами. И дверь он распахнул, отчасти витая мыслями в тех облаках, где его жена примеряла кольцо и расцветала в благодарной улыбке.
А распахнув, немедленно с этих облаков рухнул.
Перед ним стоял известный всем подросткам певец Джоник и хмуро крутил на пальце золотую печатку величиной с пельмень.
– Хай! – буркнул Джоник. – Ты Илюшин?
– Нет.
– Тогда подвинься.
С этими словами юный рэпер протиснулся мимо Бабкина и прошел в глубь квартиры. А Бабкин остался стоять, ощущая себя так, будто его хлопнули по носу мухобойкой.
В оправдание Сергея следует сказать, что у большинства людей, пообщавшихся с Джоником даже очень недолгое время, возникало похожее чувство. У некоторых оно сопровождалось обонятельными галлюцинациями.
Тем удивительнее, что сам Джоник при первом знакомстве вовсе не производил впечатление человека, способного вызвать столь удивительный эффект. Это был пухлогубый юноша с выразительными темными глазами и несколько детскими, размытыми чертами лица. Рост – средний. Голос – гнусавый с хрипотцой.
И этим гнусавым с хрипотцой голосом Джоник читал рэп. Песню «Мой дом – трущобы» крутили дважды в день на «Общем радио».
Официальная легенда гласила, что Джоник – дитя подворотен. Бастард и нищета. Пел на улицах, чтобы заработать на плесневелую горбушку. Дважды попадал в тюрьму за драки и воровство (сингл «Я на нары не вернусь»). Бродяжничал, разгружал вагоны, спал в коробках и ел то, что сам выловит в канале имени Москвы.
Согласно общепринятой версии, жизнь Джоника сделала крутой вираж, когда «Бентли» одного очень известного продюсера заглох в пробке на Тверской и незадачливый владелец был вынужден спуститься в метро.
Там-то в переходе он и услышал песни юного рэпера.
До самого утра продюсер сидел на заплеванном полу и внимал, забыв обо всем. А с первыми лучами солнца робко приблизился к охрипшему певцу и предложил многомиллионный контракт, гастроли по всей стране и славу короля русского рэпа.
