Арина, подобравшися к комендантке, остановилась в крыле женского сектора. Ее улыбка была хладнокровной, как камень, и внешность не выдавала дружелюбия: острые складки на лице, тонкие губы под старой помадой, впалые глаза — как будто мир прошлого не мог оставить ее безумием. Прошлый век, а она здесь....
Видок тот еще… странно, что Даня ничего не сказал. Вытащив влажную салфетку, немного привела себя в порядок, а когда Новиков ушел на кухню, ускользнула в душ.
На завтрак мы пили травяной чай с вкусными ватрушками, оставшимися еще со вчерашнего дня, а после Даниил предложил прогуляться по лесу, подышать свежим воздухом.
– Я думала, ты будешь искать телефон братства, – сказала, надевая куртку и шапку.
– Погуляю с тобой, потом займусь делами. В конце концов, я не уверен, что после завершения каникул смогу быть рядом настолько часто.
– Ну да, если ты меня выгонишь, то уж точно не сможешь, – хмыкнула, садясь на корточки и зашнуровывая ботинки.
– Давай выберем ВУЗ вместе? Как все закончится, я переведусь туда. Как тебе идея? Или… ты хочешь, чтобы мы сняли пентхаус на каком-нибудь двадцатом этаже с панорамными окнами?
– А это заманчивая идея, я о пентхаусе.
– То есть учиться со мной – идея так себе, а жить – гуд? – то ли возмутился, то ли усмехнулся Новиков. Я поднялась, подошла к нему и чмокнула в щеку, посчитав, что это лучше любых слов.
Лес казался невероятно тихим, даже немного пугающим. А уж когда мы прошли мимо заброшенного здания, где я пряталась в тот день, стало и вовсе не по себе. Вдруг показалось, в одной из пустых рам кто-то есть, просто прячется. Я даже остановилась, вытащила телефон и навела камеру, приблизив объект. Однако никого не обнаружила.
Данька, конечно, спросил, удивился моей неожиданной любви к старой архитектуре, но отговорки спасли, он ничего не заподозрил.
Разговоры, шутки Новикова, его горячая ладонь отвлекали от плохих воспоминаний и тревожных мыслей. В конце концов, рядом с ним я полностью расслабилась, ощущая себя в полной безопасности.
Мы сделали несколько совместных фоток, а под пушистой старой елью обнялись и поцеловались. Это было так романтично, словно кто-то свыше разукрасил серые будни в яркие цвета. В животе порхали бабочки, в глазах Новикова переливался огонек взаимных чувств.
На обратном пути Дане позвонила мама и, не получив ответа от сына, она, логичное дело, в очередной раз набрала мне.
– Почему ты с ней не разговариваешь? – искренне удивилась я.
Отношения в семье у Новиковых всегда были очень теплые, а уж с отцом Дан мог поделиться абсолютно всем, в этом я не сомневалась.
