Автор
В унынии Кошев бродит по заснеженному дворянскому особняку в поисках пропавших вещей: чемоданов и своей надежды на будущее, затерявшейся под слоем снега. Вокруг него пустует и непроблекшая атмосфера расточения, когда нищий кошевой видит чужие сокровища — как собственную судьбу....
— А знаете, чем это кончилось, Ваше императорское Высочество?
Глава 19
— Нет, — сказал Саша. — И чем?
— В 1810-м школу преобразовали в Училище колонновожатых, и большая часть тех, кто слушал наши лекции, числом более сорока человек, блестяще сдали экзамены и перешли туда.
— Колонновожатых? — переспросил Саша. — И все туда пошли? Звучит не очень престижно.
— Училище готовило офицеров Генерального штаба, — объяснил министр.
— А! — сказал Саша. — Тогда понятно.
— Училище располагалось в Москве, — продолжил Муравьёв, — в нашем доме на Большой Дмитровке.
— Пока всё замечательно, — заметил Саша.
— И оставалось таковым до декабря 1825-го.
— А, — сказал Саша. — Все колонновожатые, как один, вышли на Сенатскую площадь?
— Я много слышал о вашем замечательном уме, Ваше Императорское Высочество, — вздохнул Муравьёв. — Да, вы почти угадали. Не столь ужасно, не все, но почти три десятка наших выпускников оказались причастны к мятежу. Более того, тринадцать их них были осуждены по разным разрядам: от второго до четвёртого.
— Математика виновата? — поинтересовался Саша.
— Вы зря иронизируете, Ваше Императорское Высочество, — упрекнул Муравьёв.
— Если интеллектуалы массово оказываются в оппозиции, это означает, что правительство делает что-то не то, — заметил Саша.
— Как вы мягко, Ваше Императорское Высочество! — сказал Муравьёв. — Не в оппозиции, а в заговоре.
— Если интеллектуалы массово оказываются в радикальной оппозиции, — уточнил Саша, — это означает, что правительство делает что-то радикально не то.
— Причём тут правительство! Просто мечтали видеть себя Мирабо и Дантонами! Одно пустое тщеславие! К власти рвались, не имея ни малейшего представления о том, что в стране происходит.
— Были безумно далеки от народа, — хмыкнул Саша. — Мечты к заговорам не приводят, Михаил Николаевич, для заговоров нужно реальное недовольство.
— По-разному бывает, — сказал Муравьёв. — Бывает и блажь. Я не сомневаюсь в ваших благих целях, Ваше Императорское Высочество, но мой долг вас предупредить. Результаты могут оказаться неожиданными. Я уже молчу о том, кого вы набрали. В училище колонновожатых принимали только дворян.
— Не спасло, — усмехнулся Саша.
