В цехах Цеховика начинается новая смена, а вокруг тайное оружие и ложные следы. Взрыв в шашлычке затмевает все на свете, пока Ферик не задерживает наемного убийцу и капитана Торшина, раскрывшихся и преданных лишь себе.
Потому что вопросы поставок мне проще будет обсуждать, зная, какое завтра в ЦК будет принято решение.
— Завтра Ферик прилетает, — сообщает мне Цвет, когда я приезжаю в казино. — Надо перетереть, так что ты не теряйся, будь под рукой.
— Буду, но только после обеда.
— Не, Бро, он хочет до обеда всё решить.
— Не выйдет, братан, — улыбаюсь я. — У меня стрела конкретно забита уже.
— Какая стрела? — злится он.
— С генсеком, брат, ему нельзя отказать.
Он не успевает разораться, потому что меня приглашают к телефону.
— Егор, — слышу я голос Новицкой. — Ну всё, меня отпустили готовиться к докладу. Я минут через сорок дома буду… Нет, через час, в гастроном ещё заскочу по пути. В общем, давай, через час тебя жду.
Вот это правильно, вот это по-нашему.
Писать и формулировать приходится мне.
— Не, что за дела, Ирина? — шутливо негодую я. — Ты меня и в горкоме своём заставляла доклады писать, и теперь вот. Я, между прочим, тебе больше не подчиняюсь.
— Подчинишься, — хитро щурится она. — Как миленький подчинишься! А не то я тебе колбасы докторской не дам, яичницы и молока.
— Ну, мать, — усмехаюсь я, — меню у тебя мишленовское прям. Ты круче Гордона Рамзи.
— Я не знаю, кто это, — пожимает она плечами. — Но кроме меня, тебя больше никто не накормит сегодня. Так что решай сам.
Ну, я соглашаюсь, что делать.
Звонит телефон. Это товарищ Ефим.
— Что там у вас за ЧП? — возбуждённо кричит он так, что даже мне в двух метрах от Ирины слышно.
Оказывается, его и первого секретаря обкома в срочном порядке вызывают на совещание.
Поговорив с Ефимом возвращаемся к докладу.
Сначала набрасываем рыбу, а потом уже прорабатываем детали. Кое-что у нас уже готово в форме записки, которую мы готовили для Гурко, но теперь нужно всё расширить, развернуть и рассказать настолько убедительно, чтобы старшие товарищи проголосовали сугубо «за» и сугубо единогласно.
Время пролетает быстро, и когда работа над текстом завершается, мы переходим к репетициям. Выступать решаю я, чтобы сделать правильные акценты на роли Новицкой и Скачкова. Сама она себя хвалить не будет, а я похвалю. Запросто.
Когда мы всё заканчиваем, оказывается уже около часа ночи. Ирина открывает бутылку пива и разливает по стаканам.
