В цехах Цеховика начинается новая смена, а вокруг тайное оружие и ложные следы. Взрыв в шашлычке затмевает все на свете, пока Ферик не задерживает наемного убийцу и капитана Торшина, раскрывшихся и преданных лишь себе.
— О чём? Или о ком? О тебе? Много чего. Иногда мне хочется тебя так следует…
Она пихает меня локтем и кивает на ребят, мол, ты чего при посторонних!
— Нет, не про меня, хотя это тоже интересно. Интересно, но потом расскажешь, позднее. Я спрашиваю про Геленджик. Ты хочешь поехать?
— А ты? — улыбаюсь я.
— Дурацкая привычка вопросом на вопрос, — хмурится она. — Скажи.
Галина пригласила нас встречать Новый год в Геленджике. Чурбанов против, потому что хочет второго числа быть на работе, а два дня провести в дороге и одну ночь в Геленджике ему не улыбается.
При упоминании друзей Юрий Михайлович рассердился, хоть и попытался не подать виду. В итоге сказал, что поедет. Не захотел, стало быть, чтобы Галя ехала с Борисом, ревнует. Значит, и на работу позже вернётся.
— В принципе, второе число — говорит Наташка, — это пятница, а там и выходные.
— Ага, — соглашаюсь я. — Да только у таких людей, как Галин муж, выходных практически не бывает.
— У тебя тоже, — вздыхает она.
— Как не бывает? — усмехаюсь я. — Мы же с тобой на море ездили, забыла?
— Балбес, — мотает она головой. — Я это всю жизнь помнить буду, до самой смерти. Потому что такое…
Она замолкает и бросает быстрый взгляд на парней. Но они не обращают на нас внимания и тихонько говорят о будущем чемпионате мира по хоккею. Жалко, не помню результатов, можно было бы ставки принять. Я усмехаюсь, вспоминая, как поднял банк во время Олимпиады. Кажется, так давно было…
— Что? Почему ты смеёшься? Ты вообще надо мной всё время подшучиваешь.
Она ничего не говорит и сидит какое-то время насупившись, отвернувшись к окну. Я её не трогаю. Пусть сама остывает.
— Я вообще, не это тебе хотела сказать, — тихонько говорит она, не глядя на меня через пару минут. — Я хотела сказать… Ну, что вообще не могу тебя понять… Объять разумом твоё существование и то, что ты в моей жизни занимаешь такое место, а я вообще не соображаю, что ты такое.
— Ага, — подтверждаю я, — было дело. Сека-масека, или как там?
— Вот видишь, ты без насмешечек своих не можешь…
— Ну, прости. Так что, ты в Геленджик хочешь? Тебе когда в универе надо быть?
— Я сдала досрочно три экзамена вообще-то. Мне только один остался, двенадцатого числа. Матанализ.
— Ах, ты ж, моя зубрилка. Молодец.
