В глубине бескрайних лесов ждет чуждое небывалое, где земля раскрывается в невероятной атмосфере загадки. Ей восемнадцатый год, и это самое сильное воспоминание о своем отце — он роет землю, словно стремясь к защите и справедливости, даже если никто не слышит его мольбы....
Если уж смотреть на ситуацию объективно, против Уэйна Стюбенса улик набиралось куда больше.
Во всяком случае, раньше все выглядело именно так.
— Он не убивал Джила Переса.
— Я вас слышал. Так давайте уберем его из уравнения, хотя бы в рамках нашей дискуссии. Он не убивал этого Переса. — Бедфорд вскинул руки. — И с чем вы тогда остаетесь?
Что я мог на это сказать? Что все-таки произошло с моей сестрой? Этот вопрос по-прежнему требовал ответа.
Глава 29"
"Часом позже я сидел в самолете. Двери еще не закрыли, когда позвонила Мьюз.
— Как прошла встреча со Стюбенсом? — спросила она.
— Расскажу позже. Как суд?
— Насколько я слышала, новые ходатайства и никакого движения вперед. Постоянно твердили «на рассмотрении». Это же чертовски скучно, быть адвокатом. Как у тебя в такие дни не лопаются мозги?
— Привыкаешь, знаешь ли. Что еще?
— Ничего, но завтра заседания не будет. В четверг судья хочет видеть заинтересованные стороны у себя с самого утра.
— Зачем?
— Из-за всех этих ходатайств, которые «на рассмотрении».
— Что?
— Наш лучший компьютерщик поработал с сочинениями, посланными твоей подруге Люси.
— И?..
— Поначалу он не нашел ничего нового.
— Что значит «поначалу»?
— Я получила его отчет, сделала несколько звонков, кое в чем покопалась. И нарыла нечто очень интересное.
— Что именно?
— Думаю, я знаю, кто отправил ей эти сочинения.
— Кто?
— Блэкберри при тебе?
— Да.
— Материалов много. Думаю, лучше направить их электронным письмом.
— Хорошо.
— Больше не хочу ничего говорить. Любопытно посмотреть, придешь ли ты к тому же выводу, что и я.
Я подумал об этом, вспомнил наш разговор с Бедфордом.
— Не хочешь, чтобы я подгонял факты к имеющимся версиям, да?
— О чем ты?
— Не важно, Мьюз. Отправляй свое письмо.
Через четыре часа после расставания с Джеффом Бедфордом я сидел в кабинете, примыкавшем к кабинету Люси.
Она смотрела в окно, когда ее ассистент Лонни Бергер вошел, не постучавшись. Странное дело, но Лонни напомнил мне отца Люси, Айру. Такой же Питер Пэн, не желающий взрослеть, с клеймом маргинала. Я не против хиппи, или леваков, или как там их еще можно назвать. Они нам нужны.
