В Париже ожила жизнь после долгих зимних холодов: свежий воздух и солнечный свет пробуждали новые надежды. В гостинице, где он встретил даму по имени Реми, ожидание клиентов стало чем-то захватывающим и романтичным. Пьер Мишле обнаруживает, что визиты в чужие края всегда оказывают сильное влияние на его восприятие мира....
Последний, однако, слушал разговор, прижавшись ухом к обратной стороне трубки, и теперь делал Максиму «большие глаза».
– Я думаю, что Реми как раз собирается к тебе прийти, – рискнул ответить Максим и увидел по выражению лица детектива, что ответил правильно. – Я так понял, что у него есть вопросы ко всем.
– А ты – придешь? – Соня была откровенно настойчива, и Максим вдруг испугался. Испугался, что все начнется сначала, все то, что только начало утихать в душе – сердцебиения, головокружения, сны и полная бесперспективность отношений.
– Постараюсь, – уклончиво ответил он. На этот раз получилось холоднее, чем ему бы хотелось, и он был недоволен собой до отвращения.
Соня моментально почувствовала изменение в его тоне.
– Как хочешь, – с прохладцей ответила она ему. – В нашем доме тебе всегда рады, ты знаешь.
– Ну что, – теребил его Реми, – сделает?
– Она и так собирает у себя всех сегодня. Мы тоже приглашены.
– Мы не пойдем.
– Это почему? – удивился Максим.
– Мы к Жерару пойдем.
– Не понял… Мы… приглашены к Жерару? Но он вроде бы к Соне…
– То-то и оно. Мы пойдем без приглашения.
– То есть вы хотите…
– Залезть в его дом в его отсутствие.
– Вы для этого просили Соню созвать гостей?
– Чтобы избавиться от хозяина. И заодно от его сына – они всегда к Соне парочкой ходят.
– А это законно?
– А в России это законно?
– Нет.
– Франция вроде бы не менее цивилизованная страна, чем Россия, – усмехнулся Реми.
– Так-так… А если нас кто-нибудь заметит?
– То вызовет полицию.
– И меня вышлют из Франции, а вас лишат лицензии.
– Смотря что мы там найдем.
– А что мы там ищем?
– Увидите. Так вы хотите поиграть вместе со мной в незваных гостей?
Максим на мгновение задумался. Детское удовольствие залезть в чужой сад и поиграть в казаков-разбойников его соблазняло неимоверно, но он действительно опасался неприятностей с полицией. А, черт с ним, полезем. Если его, как нашкодившего мальчишку, вышлют из Франции – так у него будет хоть одно приятное приключение для воспоминаний.
Впрочем, культурная общественность Франции за него заступится. А то как же он приедет на последующие Каннские фестивали?
– Согласен, – ответил он коротко.
Глава 28
Они выехали в восемь вечера. «Во Франции обедают в восемь, – объяснял Реми. – Это следовало бы называть ужином, но ужин исчез из обихода вместе с самим словом.
