В мрачном зеркале Гражданской войны два фронта встречались в неспокойной степи. Тот, кто еще недавно бился за одну страну, теперь готов был только убить другого. В этой схватке был я — хороший наездник, но оказался под сильнейшим нападением противника. Гнев и злость разрывали седла и топтали мечи....
Абрамсон говорил, что вы вышли на пацана, который котел взрывал. Кадр не то чтобы ценный. Его больше для отвода глаз держали. И у него какая-то роль была в грядущей катастрофе. Но пришлось его выводить из игры раньше намеченного. Отправили, наверное, в бега.
– На тот свет его отправили. На Выселках труп нашли.
Великопольский мрачно кивнул:
– Еще одна жертва проклятой Гражданской войны… Надоело мне народ в крови купать. Я хочу, чтобы это кончилась.
– Но ты же знаешь, что мы с врагами тоже не миндальничаем.
– То, что вы, большевики, переругаетесь и передеретесь между собой – это с самого начала очевидно было.
Вот ведь белая кость! Летчик примерно то же самое говорил.
– Люди смертны, их смывает история, – продолжил он, помолчав. – А заводы остаются. Они – фундамент мощной страны. Фундамент грядущего. Того самого, где людей не будут убивать расстрельные команды и доброжелатели с бомбами и динамитом.
– Эка тебя на философию потянуло… Ну что, будем работать вместе?
– Только я никаких подписок о сотрудничестве не даю. Ты обо мне не докладываешь. Никто из твоих коллег обо мне не знает.
– Не доверяешь?
– Ваши властные структуры прогнили насквозь.
– Есть основания так говорить?
– Со слов Абрамсона, в руководстве завода наш агент. Кто, не знаю. Один из трех – директор, главный инженер или зам по общим вопросам. И областные власти пронизаны нашей агентурой. Там вообще кто-то на самом верху расположился. Даже кличку подскажу. Бай.
– Бай?
– Бай. Он у них законсервирован был. Может, напомнить ему о чем-то решили. В общем, когда из-за бугра я переходил, мне финтифлюшку золотую дали. Именно для этого Бая.
– Что там такое?
– Безделица ювелирная.
– Нарисуй.
Взяв ручку, Великопольский точными движениями чертежника начертил изображение – две русалки переплетены вокруг звезды. Тонкая работа, похоже.
– Все интереснее, – я внимательно рассмотрел рисунок. – Так, встречаться с тобой будем здесь. Запоминай телефоны экстренной связи и порядок…
Глава 14
Опалинскую набережную одевали в гранит. Стучал отбойный молоток.
