В черной заре воздух наполнялся непривычными запахами, как будто подменили обычную тихую дымкой от пепелища. Каждый прикосновение к осколкам стекла и лапам песа вызывало только жгучее раздражение, напоминая о том, что здесь люди — а их нет.
Ну, тут, положим, совесть его ничуть не мучила — не свой…
Стоп, стоп, стоп… что-то я упустил…
Резидентура… ведь именно после этого я окончательно уверился в том, что эти ушлые ребята помогают мне искренне! Ну, положим, Синельников — тот и вправду пахал всерьез. Даже и воевать просился, помню это дело. Был закономерно послан, оттого и капитан не стал вылезать с аналогичной просьбой, мол, видел уже к чему подобные попытки приводят. Не удивлюсь, если он сам старшего лейтенанта на это и подбил.
Нет, еще что-то меня задело… что?
Резидентура… там были явные профи, взять хотя бы того снайпера, что на чердаке сидел.
Он ведь военным был, офицер — с немалым стажем, между прочим! Да и кроме него у Сценариста военных хватало.
Что-то тут не так…
У него ведь и явные наемники были, так?
Были — и в товарном количестве, как финансисты говорят. С ним рядышком присутствовали и все его просьбы исполняли своевременно.
А военные — явно в его делах участия не принимали.
И против нас открытого противодействия не было… Ну, скажем, в этом и наша заслуга присутствует, но все же, все же… не только этим данный факт объяснить можно. Сами они первыми не нападали, только защищались. Точки свои обороняли, ибо кто мы такие для них? Вооруженные люди?
Так у них и у самих оружие есть, это не аргумент.
Противодействие их в принципе вполне объяснимо — со всех точек зрения.
Ежели на охраняемый объект полезут со всех сторон непонятные мужики со стволами, что обязана сделать охрана? Стрелять она станет — сразу и наглушняк.
Да… хорош ты, подполковник, нечего сказать! Такую операцию — у себя под носом, между прочим, прошляпил! Самым позорным образом — негде клейма ставить!"
"А вот и дома появились… Проехав блокпосты на въезде в город, наши машины поворачивают к площади. Полковник сидит мрачный, настроение у него, надо думать, весьма и весьма не радужное.
