Автор
Начав свой поездку, она видела, как аэропорт преобразился от скучного ожидания до гостеприимной веселой толпы. Здесь царила чистота – беспроводные сети и бесплатные кабельщики добавляли удобства. С каждым прилетевшим город раскрывался в новом свете, поддерживая оживление даже в спокойных уголках....
Правда, и расходы взял на себя, что тоже естественно для кавказского человека. Из Владикавказа съехалась родня – человек сорок, не меньше. Даша смеялась:
– Лешка, разве у нас есть выбор? Смирись – просто смирись, выхода нет.
Свадьбу пережили. Отца и Полину он, разумеется, пригласил. Но ушли они быстро – у Полины подскочило давление.
А Лагутин только выдохнул, когда они стали прощаться: ну и слава богу. Видеть их вместе по-прежнему было больно. На месте этой чужой женщины должна была быть его мама.
Всю ночь разбирали подарки и смеялись.
– Что делать? У них принято дарить золото и украшения. Эх, жаль, что такие дурацкие.
Ничего, справились и с «дурацкими»: через месяц оттащили в ломбард и загуляли – рванули в Ригу. Сняли комнатку в Старом городе, под крышей, крошечную, с окном под самым потолком. В открытую форточку проникал запах угля – им еще кое-где отапливались старые дома.
Бродили по городу, слушали в Домском орган, шатались по пустым пляжам Юрмалы, пытаясь найти янтарь.
И вот чудеса – она не сняла это колечко, даже когда все закончилось, когда они развелись, когда у нее началась другая жизнь. Не сняла и там, в Барселоне, куда уехала с новым, испанским мужем.
На последнем курсе, перед дипломом, они ждали дочь. Она родилась в аккурат после защиты. Было нелегко – Настенька, названная в честь Лешиной мамы, росла беспокойной, крикливой, болезненной.
В то лето они почувствовали себя молодоженами – свобода! Это было хорошее лето, очень хорошее, нежное и – последнее.
Почему так случилось? Лагутин отказывался понять. В голове не укладывалось, потому что ничего логичного в этом не было.
