В темноте только отчетливый мерцание тлеющих свечей и слабый свет из-под закрытых дверей. Марори медленно приходит в себя, чувствуя жгучую боль в голове и запах горелой плоти. Пальцы оставляют незаметный след на плече — это знак доверия и бдительности. Вокруг таит опасность, но она решительно отказывается уступить своей больной голове и сжигающему миру....
Он стоял всего в паре шагов от нее, выглядел совершенно расслабленным и беззаботным, как будто кто-то другой, а не он, был самым разыскиваемым во всем мире психом.
— Я почти привыкла, что ты появляешься под носом у всех – и тебя никто не видит, - сказала она, ощущая, что никаких эмоций эта встреча не вызвала. Ни страха, ни паники – ничего, что бы перекрыло боль от слов Крэйла, которые она так до конца и не поняла. Впрочем, перед ней стоит тот, у кого наверняка есть ответы на все вопросы. Марори скосила взгляд на свою перебинтованную руку, физически ощущая, как там, под тканью, злоба наполняет ее изувеченную плоть всепоглощающим пламенем.
Он лениво отсалютовал ей, подошел ближе и встал рядом, опираясь на перила моста.
— Ну и заставила же ты меня побегать, Тринадцатая.
— А я уже начала думать, что ты совсем обо мне забыл.
Он снял очки и несколько секунд изучал ее лицо. Потом разочарованно прищелкнул языком.
— Жаль, я надеялся, что хотя бы теперь ты все вспомнишь.
— Возможно, если бы вы оба не скрывали от меня правду, я бы скорее вспомнила, что я такое.
— Мы оба? – Вандрик громко хмыкнул. – То есть у сладкой парочки разлад? Что, Принц-из-Тени оказался Монстром-из-Башни?
— Полагаю, он оказался таким же чудовищем, как и я. Хотя только что Крэйл сказал, что мы с ним вообще одно целое.
Бинты в мгновение ока истлели, обнажая ее черную когтистую руку, по которой вились вспухшие от огня вены. Марори что есть силы вцепилась рукой в перила, ощущая потребность выплеснуть часть этой злости хоть куда-нибудь.
Вандрик уставился на ее увечье с нескрываемым удивлением. Он даже потянулся было к ней, но Марори предупреждающе вытянула вперед здоровую руку.
— Боюсь, у меня для тебя неприятная новость, Вандрик.
Вопреки ее ожиданиям, он широко и довольно улыбнулся, как будто впервые за долгое время услышал по-настоящему хорошую новость.
— Моя девочка. Ты не можешь быть кем-то другим, даже если не в себе. – Он продолжал гипнотизировать взглядом ее когтистую конечность.
