Автор
Леди Лайонин проворковала под старым донжоном, где холодные январские ветры стучали по каменным стенам, будоража сердце лежащей внутри нее. Люси звалу, но толстые одеяла и теплый шатер были ее последним убежищем от морозов и беззаботного ожидания своего назначения.
В довершение всего Амисия облила ее теплой водой, растерла тонким полотенцем и натянула чистую полотняную камизу.
– Больше вам не видать тонких шелков, миледи. Одежда теплая, свободная, чтобы не стеснять растущий живот. Похоже, вы с каждым днем все больше разбухаете, – засмеялась она. – Мореллу это не понравится.
Лайонин ничем не показала, что поняла намек женщины. В эту минуту она просто наслаждалась свежестью и чистотой.
Француженка открыла дверь, и на пороге появился широкоплечий мужчина, одетый в грубую шерсть.
– Теперь она выглядит настоящей леди, как в то время, когда ехала на вороном рядом с лордом Ранулфом.
Лайонин поспешно закрыла глаза и притворилась, что снова потеряла сознание. Матрос доставил ее обратно в маленькую каюту и осторожно положил на чистую постель. Простыни пахли соленой водой и солнцем. Она с благодарным вздохом расслабилась, получая извращенное наслаждение в чисто физическом комфорте, так противоречившем ее истинному положению.
"– Хорошенькая. Знаете, что «черные стражи» называют ее своей леди Львицей? Как-то я пытался заговорить с ней, но Корбет выхватил меч. Они никого не подпускают к ней, если не разрешит его светлость.
– Оставь ее, болван! Не хватает еще тебя, с твоими телячьими нежностями! Пришлось бы постоянно держать ее голову над горшком, вряд ли посчитал бы ее такой уж важной дамой!
– Нет, истинная леди – всегда леди! – ехидно бросил матрос, явно метя в Амисию.
Лайонин долго спала, проснувшись только однажды, когда в каюте уже стемнело.
Вскоре в каюте появилась Амисия с подносом.
– Похоже, ты выздоравливаешь.
Лайонин поела горячего супа с ломтиком хлеба.
– Вот Морелл обрадуется, узнав, что ты так скоро пришла в себя, – хмыкнула Амисия, хитро глядя на пленницу.
Графиня поняла, о чем идет речь, и, съев еще немного супа, устало откинулась на подушки.
– Теперь мне нужно уснуть, – пробормотала она, чувствуя пристальный взгляд Амисии. Она должна любой ценой заставить их поверить в свою тяжкую болезнь. А потом… потом всегда есть возможность, что сэр Морелл, увидев огромный живот, оставит ее в покое.
На следующий день силы почти возвратились к Лайонин, но она ничем не выдала себя перед Амисией.
