Автор
Леди Лайонин проворковала под старым донжоном, где холодные январские ветры стучали по каменным стенам, будоража сердце лежащей внутри нее. Люси звалу, но толстые одеяла и теплый шатер были ее последним убежищем от морозов и беззаботного ожидания своего назначения.
К ее восторгу, ноги тоже оказались покрытыми короткими темными волосками.
Завершив работу, она удовлетворенно взглянула на него: мышцы расслаблены, лицо счастливое, мокрые волосы липнут ко лбу. Девушка невольно рассмеялась, и он удивленно вскинул брови."
"– Мой отец, мои служанки и ваши люди ходят вокруг вас на цыпочках, словно до смерти боятся, но сейчас вы совсем не выглядите страшным. Черный Лев похож на промокшего щенка!
Ранулф пронзил ее грозным взглядом. Но уголок его губ весело дернулся.
– Понять не могу, как у такой прелестной леди, как твоя мать, могла появиться столь невоспитанная дочь! Немедленно прекрати свои шуточки и принеси чистой воды ополоснуться.
Он встал спиной к ней, и она жадно вгляделась в его обнаженное тело, на котором сверкали сотни водяных капелек. Свет, игравший в них, подчеркивал силу бронзовых мышц.
Ранулф оглянулся, не понимая, в чем причина задержки. Несмотря на все добрые намерения, она вымочила тунику, которая теперь липла к телу, не оставляя простора воображению.
– Лайонин, вода остывает!
Она, казалось, не заметила его резкого тона и, встав на табурет, облила его водой из кувшина. И тут же отвернулась, когда он взял одно из гревшихся у огня полотенец и стал вытираться. Лайонин не поднимала глаз, пока лукаво улыбавшийся Ранулф не предстал перед ней в короткой набедренной повязке.
– Клянусь, с тех пор как я появился на свет, никто так старательно не мыл меня. Ты уверена, что не проделывала этого множество раз до меня?
– Только однажды, – призналась она, усмехнувшись.
Ранулф уселся на табурет у огня, пытаясь отвести глаза от прозрачного платья и забыть о том, что они одни в этой маленькой комнате. Ему следовало бы одеться и идти к своим людям. Но он не мог, до сих пор ощущая ее прикосновения.
– Расскажи, что случилось.
– Все происходило в этой комнате. Только тогда мне было всего двенадцать лет.
– О, с тех пор наверняка прошло много-много времени, и ты успела одряхлеть.
Девушка с достоинством проигнорировала его шутку.
– К отцу приехал погостить старый рыцарь. Мне он казался противным глупым старикашкой, потому что часто просил меня посидеть у него на коленях, – начала она и, не заметив внезапно омрачившегося лица Ранулфа, продолжала: – Он носил берет с огромным красным пером, завивавшимся вокруг макушки и дрожавшим, когда он болтал, не закрывая рта.
