Автор
Леди Лайонин проворковала под старым донжоном, где холодные январские ветры стучали по каменным стенам, будоража сердце лежащей внутри нее. Люси звалу, но толстые одеяла и теплый шатер были ее последним убежищем от морозов и беззаботного ожидания своего назначения.
Ад или рай.
С этими словами он вышел из комнаты.
Глава 3
Утром Лайонин проснулась поздно. Люси на этот раз не пришла за ней. Ее разбудили конское ржание и звон металла. Девушка слегка приоткрыла ставню и посмотрела во двор. Ее отец давно уже велел соорудить ристалище. Слуги выкопали длинную мелкую яму и заполнили ее мягким речным песком.
Сейчас она увидела на ристалище «черных стражей» в полном вооружении. Стальные панцири и поножи отливали на солнце черным цветом. Она никогда не видела, чтобы люди ее отца тренировались с таким энтузиазмом, как рыцари Ранулфа.
Лайонин довольно улыбнулась и закрыла ставни. Когда она почти успела одеться в шерстяную тунику цвета слоновой кости и свободное сюрко из алой шерсти, внизу раздались звуки труб, возвещавшие о прибытии новых гостей.
Подходя к парадному залу, она услышала мужские голоса. Отец представил ее сэру Томпкину и сэру Хью. Один был высок, другой – настоящий коротышка, но оба грузные, почти квадратные, и уже немолодые. Мелита попросила дочь показать сэру Томпкину его спальню. Поднимаясь наверх, рыцарь без устали тараторил о своих дочерях: их красоте, очаровании и богатых женихах.
– Уорбрук! – рявкнул сэр Томпкин. – Смотри, чтобы кольчуга была вычищена, и не смей увиливать от своих обязанностей, пусть даже твой братец уже успел явиться!
Услышав имя Уорбрук, имя ее Льва, Лайонин резко вскинула голову. Наверное, этот светловолосый мальчик и есть брат Ранулфа. Когда он вышел из комнаты, Лайонин, извинившись, последовала за ним.
– Ты брат Черного Льва? – спросила она, догнав его в темном коридоре. Юноша ничем не напоминал брата: блондин со смеющимися голубыми глазами, бесцеремонно шарившими по ее телу.
– А что, брат вызвал интерес столь прелестной дамы? Лайонин залилась румянцем: ее чувства, похоже, были очевидны каждому. Джеффри улыбнулся раскрасневшейся девушке. На этот раз Ранулф не ошибся в выборе.
