В дни мракобесия, когда свет отъехали во многие подъезды, город стал наполниться тенями. Теклянные банки зажигаются, и в их полутьме продавцы старых товаров готовятся к закрытию дня. В ночную смену старухи на улицах выступают как пестрые рэкетирские бригады, раздавая свои несложные товары. Сейчас четверо воинов Белого — Ливер, Хром, Фюрер и Фредик — рассредоточены по прилавкам, каждый за своим сектором, наблюдающие за новыми торговками....
Та тяжело тронулась с места и, ритмично побрякивая, покатила вдоль стены. Скрываясь за тележкой, Славка пробежал мимо дверей, обогнал её и, ухватившись, направил в сторону, разворачивая. Здесь имелась площадка, свободная от ящиков, как раз, наверное, чтобы вертеть тележки. Озираясь, чтобы не подставиться под выстрел, Славка направил её в дверной проем, разогнал и сильно толкнул. Остановился, наблюдая, как тележка вылетела в коридор и со звоном врезалась в противоположную стену. Потом подбежал к выходу и выстрелил вдоль стены.
Славка постоял пару секунд, поджидая, пока Белый прекратит стрелять, и перебежал за тележку, словно за баррикаду. Пистолетная пуля тут же прошила ящики, дробя на пути бутылки. Вонючее пойло хлынуло во все стороны, потекло на пол.
Тележка достигла конца коридора и влетела в помещение, столь же объемистое, как уже знакомый Славке склад. Тут она с громким бряканьем остановилась, налетев на ящики, стоявшие на полу. Резко перескакивая с места на место, тыча перед собой ружьем, Славка яростно заметался от тележки к дверям, оттуда к штабелю ящиков. Азарт боя захватил его, он искал противника, хоть сам и не желал попасть под прицельный выстрел.
Под окном, у чугунной батареи центрального отопления, сидел на корточках мужичок в засаленной суконной куртке и безразлично попыхивал сигареткой. Похоже, как весь российский народ, он давно уже ничему не удивлялся, терпеливо дожидаясь окончания чужого конфликта, чтобы снова заняться своим делом."
"Славка тоже присел на корточки возле тележки, прислушался.
