В дубовой Балке под стук колес старых шоссе пронизывающий ветер кружил белесой пеленой. Голодные кони упрямо карабкались по снежным горам, словно черты и ведьмы танцевали вокруг них. Усталость их несказана, но они продолжают бежать через овраги, погружаясь в месиво пушистых сугробов....
Не прикажет ли отец перевернуть все в улусах, чтобы обнаружить её? Для них. Иль для себя… Ты понимаешь?.. И если найдёт, тогда будет поздно предотвратить беду.
Чора молчал. Только порывистое дыхание выдавало и его волнение и тяжёлые мысли, гнетущие душу. Потом, превозмогая себя, он произнёс:
— Я отвёз её на Чагу… К аталыку Ямгурчи…
— К Ямгурчи! — всплеснула руками Варвара-ханум. — Слава богу, там она в безопасности! Никому и в голову не придёт искать её в далёком степном улусе.
— Мама! — воскликнул Чора и начал целовать руки матери. — Родная, дорогая! Чем я могу помочь тебе? Скажи — чем? И я все сделаю!
— Милый мой, успокойся… Теперь мне ничего не нужно, кроме тебя! Только бы ты был счастлив…
Она поцеловала его в лоб, с трудом поднялась и медленно пошла по тропинке к дому.
6
Арсен с такой силой сдавил руку Романа, что тот даже поморщился.
Они, незаметно подойдя на голоса Чоры и Варвары-ханум, остановились почти рядом с ними, за кустами винограда, и слышали каждое слово. Оба понимали, что будет далеко не легко спасти Стёху, если на сторону Чоры встала его мать. А о том, чтобы открыть цель своего приезда мурзе Кучук-бею, теперь нечего и думать.
Арсен радовался, что ему пришла счастливая мысль подслушать разговор матери и сына. Положение прояснилось, и можно действовать не вслепую."
"Казаки ещё постояли, прислушиваясь. Чора вертелся, вздыхал, что-то шептал. Вскоре затих. Стал ровно дышать — значит, уснул.
Арсен обнял Романа за плечи.
— Ну вот, про Стёху узнали, — промолвил задушевно. — Это уже полдела… Конечно, не так просто найти этого Ямгурчи, но, думаю, и не очень-то сложно.
